Эми не стоило обнимать его. Что на нее нашло? Она просто была так рада, испытывала так много эмоций, ведь он проснулся. Она думала, что потеряла его. И что такого удивительного было в объятиях, если он уже целовал ее? Если он прижимал ее к полу и чуть не поцеловал во второй раз?

Может, его желание близости было только физическим. Ее объятия были слишком эмоциональными. Но после спасения ее из паутины он вел себя так…

Эми прогнала мысль и сосредоточилась на том, что ждало впереди. Юмей скоро вернется. Набравшись сил после перемещения их в Васуренагуса, он отправился обыскивать местность. Солнце пропало за сгустившимися тучами, вечер подходил к концу, температура падала.

Ветер резко потянул за ее одежду и выбил волосы из пучка. Что имела в виду Узумэ, когда говорила, что Аматэрасу управляла ветром, а Эми дала ему одичать? Юмей сказал, что не хотел враждовать с ветром. Они говорили так, словно ветер был разумным, словно мог действовать независимо.

Когда ветер помог ей в сражении с Джорогумо, Эми не думала, кто управлял им. Ветер отвечал ей, действовал так, как ей было нужно, и она решила, что это делает Аматэрасу, но теперь она не была уверена. В словах Узумэ и Юмея она ощущала предупреждение. Она хотела бы поговорить с Аматэрасу и узнать, что с ней происходит.

Эми прижала холодную ладонь к плащу поверх метки камигакари. Или она успела накопить достаточно ки Аматэрасу, или из-за исцеляющих сил лепестка, она снова ощущала знакомое тепло в метке. Вскоре она будет готова попробовать снять еще один виток оненджу.

Она снова взглянула на него. Широ все еще смотрел на горизонт с непонятным выражением лица.

– Что-то не так? – слова вырвались раньше, чем Эми успела их остановить.

– Хмм? – он посмотрел на нее впервые за час.

Она пожала плечами.

– Ты будто отвлечен.

Он криво улыбнулся.

– Добиваешься моего внимания, маленькая мико?

Она почти сдалась, но вместо этого начала разглядывать его. Выражение лица было непроницаемым, в его улыбке не было хитрого веселья, как раньше.

Ее тревога росла, хоть Эми и пыталась сохранять власть над эмоциями.

– В чем дело, Широ?

Что-то мелькнуло в его глазах. Досада? Раздражение? Она не знала точно.

Он выдохнул, дыхание собиралось облаком в воздухе. Подняв ногу на бревно, Широ положил руку на колено.

– Я вспомнил кое-что… до оненджу. Вспомнил четко.

Ее сердце сжалось от надежды и страха.

– Что ты вспомнил?

Он отвел взгляд, а потом посмотрел на нее.

– Смерть.

– Ты… умирал?

– Я помню, как был в ярости от… предательства, - он поднял руку с оненджу и повернул запястье, чтобы бусины сияли. – Меня сковали оненджу, видимо, тогда. Меня разрывало на части, сила вытекала из моей души.

Его ладонь сжалась перед косодэ.

– А потом… меня пронзили. Со спины.

– Кто-то сковал тебя оненджу и ударил в спину? – прошептала в ужасе Эми.

– Все это время я думал, что воспоминаний нет, потому что их запечатали оненджу, или как-то разрушили их… Но теперь… может, оненджу с моими воспоминаниями напрямую не связаны. Может, у меня их нет из-за смерти.

– Юмей сказал, что воспоминания ёкая возвращаются постепенно, когда он возрождается.

– И я о таком слышал. На это может уйти несколько месяцев, а то и больше, зависит от силы ёкая, чтобы ки и душа восстановились.

– Но если оненджу блокируют твою ки, - медленно сказала она, - то они мешают твоим воспоминаниям вернуться.

Он кивнул.

– Мы знаем, где искать Сусаноо и Сарутахико, но, если только у меня есть знания о пропаже Инари, где-то в моих воспоминаниях… я могу много месяцев пытаться вспомнить это, даже если ты снимешь оненджу.

Сочувствие наполнило ее при виде того, как он тревожно хмурится.

– Не переставай надеяться. Может, Сусаноо и Сарутахико знают больше, - Эми, не думая, коснулась его руки. – Может, Сусаноо…

Он выдохнул и убрал ладонь из-под ее. Эми отдернула руку, лицо согрелось от смущения его отказом. Боль пронзила ее, но она подавила эту обиду.

– У тебя пальцы ледяные, - в его голосе смешались возмущение и удивление. Эми удивленно моргнула, а он недовольно нахмурился. Она не успела отреагировать, а он обхватил ее ладони своими невероятно теплыми руками.
– Почему ты не сказала, что замерзла? – возмутился он.

– Я… - она смотрела на ее ладони, укрытые в его. – Я просто…

– Просто хотела, чтобы они заледенели, пока я отвлекся? Мне нужно следить за тобой каждую минуту? – четыре кицунэби вспыхнули и окружили ее. Жар нахлынул на нее, и от этого сначала было больно, она успела сильно замерзнуть. – Это какое-то женское наказание, потому что я чуть не умер, или что?