Шрифт:
– Прекрасно, - сказал Широ, его сухой тон был тише, чем ее. – Как щедро с твоей стороны сообщить нам это. Но нельзя ли потише?
– Я сообщаю камигакари, чтобы она, когда я отдам ее своей госпоже, подтвердила то, что я сказала.
– Слышала, маленькая мико? Передашь Изанами нашу любовь. А пока закрой рот, ками.
– Я не буду молчать из-за таких, как ты, - громко сказала женщина, разбивая тишину. – Госпожа подозревала, что вы прибудете сюда, раз Сусаноо сбежал, и я…
– Да, да, - вмешался Широ. – Ты можешь делать это тихо?
Женщина оскалилась.
– Твоя наглость усилилась после века жалкой слабости, Инари. Но это быстро исправить.
Она подняла руку, приказывая. Десяток ками за ней выступили вперед и образовали линию по краю полянки. Воздух нагрелся от растущей ки, давящей невидимым весом.
– Юмей, - сказал Широ тихо, едва слышно. – Ко мне.
Юмей стоял ближе всех к ками, но тут же беззвучно подался назад, пока не оказался в шаге от Широ.
– Отступление не спасет вас! – сообщила ками, решив говорить как можно громче.
– Что такое? – прошипел Юмей. Сусаноо и Бьякко придвинулись к Широ с другой стороне.
– Не знаю, - напряженно прошептал Широ. – Я пытаюсь вспомнить.
– Что? – рявкнул Юмей.
Ками подняла посох и указала лезвием на них, сбившихся в кучу.
– Во имя своей госпожи я покараю вас, Кунитсуками!
– Она медлит, - прошептал Бьякко. – Они готовят ловушку. Нам нужно…
– Стой. Я припоминаю.
Против всей мудрости три ёкая отвернулись от врага и посмотрели на Широ. Древняя хитрость сияла в его глазах, он тихо рассмеялся. Этот хриплый зловещий смех Эми у него еще не слышала.
– Надеюсь, ты к этому готов, Сусаноо, - пропел он.
Удивление вспыхнуло на лице Сусаноо.
– Что…
– Тише, - Широ обхватил рукой Эми за пояс, притянул ее ближе и понизил голос до шепота. – Просто… не… шумите.
Ками оглянулась, а потом посмотрела на них с триумфом на идеальном лице.
– Кунитсуками! Пора…
Ками замолчала, земля задрожала, ее радость сменилась смятением, она посмотрела вниз.
С оглушительным треском лес за нами поднялся. Деревья полетели в воздух, земля и пыль – за ними. Ками развернулись, их ладони засияли магией.
Огромный силуэт поднялся из облака пыли. Челюсть с огромными клыками сомкнулась на ками, достав ей до бедер, а потом голова отпрянула в темное облако, послышался треск ломающихся костей.
На миг, который словно длился дольше, никто не двигался. А потом с криками оставшиеся ками разбежались.
Земля задрожала снова, деревья вырывались из земли. Еще одна чудовищная голова показалась из темноты, вспыхнув зубами. Она схватила еще двух ками и подняла в воздух. Закинув голову, чудище сломало их, стиснув зубы. Кровь полилась с неба.
Ками уже не сдерживали себя, а убегали в стороны. Еще две головы дракона вырвались из-за деревьев, корни и грязь еще виднелись на их темной чешуе, они хватали убегающих ками. Лес наполнили крики и треск костей.
Широ крепче сжал Эми, завел ее к себе за спину, пятясь. Сусаноо, Юмей и Бьякко тоже отступали медленными осторожными шагами несколько десятков ярдов, пока Широ не обернулся и не бросился бежать.
Остальные не отставали, он бежал, забирался по склону кратера, пока они не миновали деревья. Широ остановился на каменистой поверхности и оглянулся. Ниже, в центре кратера поднималась огромная тень – восемь длинных извивающихся шей с угловатыми головами и тяжелыми челюстями. Крики раздавались из тьмы, головы опускались в лес и поднимались с телами, которые быстро проглатывались.
Эми прижалась к Широ, дрожа с головы до пят.
– Это… он…
– Сусаноо говорил, что Орочи был большим.
Она покачала головой. «Большим» это чудовище описать не удавалось. Она не могла придумать слово, чтобы охватить невозможный размер дракона.
– Инари, - сапфировые глаза Сусаноо напоминали небо в грозу. – Что ты помнишь?
– Нечетко помню, как он вырвался из-под земли и чуть не оторвал мне руку, - он поежился. – Это скорее инстинкт, чем память.
– Что-нибудь еще вспомнил?
– Ничего полезного.
Сусаноо повернулся к кратеру, где чудовище-великан терзало лес в поисках выживших ками.
– Не повезло, ведь, насколько я ощущаю, Муракумо прямо под ним.
ГЛАВА 23:
Под деревьями Эми не отходила от Широ и пыталась совладать с ужасом. Рычание Орочи доносилось из темноты, громкость поражал, невидимые головы то приближались, то отстранялись. Даже хотя она знала, что они вне досягаемости дракона, каждый раз, когда он рычал, она прижималась к Широ.