– Главное правило не забывайте. Если красный свет горит, постарайтесь останавливаться.

– Водитель, который садится за руль, уже преступник, – говорила Галина Плотникова, начальник отдела ГИБДД. – Только никто не хочет этого понимать.

Под конец встречи руководства ГИБДД Москвы с водителями начальник ГИБДД полковник Яков Агошков сказал, что такие встречи станут регулярными, признал, что первый блин получился комом, и добавил:

– Правовой нигилизм водителей прямо пропорционален приближению к центру. Надо всегда помнить об этом. Лично я всегда помню.

Ко входу в отель подъехала крохотная машинка. Из нее вышел молодой человек.

– Вы за чемпионкой? – спросил я.

– Да. Мы ее забираем. Она где?

Я развел руками. Из лобби на улицу вышел тренер и с сомнением взглянул на машину.

– Это же «Запорожец», – констатировал он.

Нет, это был не «Запорожец». Это была в лучшем случае «Ока». Я подумал, что тренер не сможет, при всем желании, в нее сесть. Для этого пришлось бы снимать заднюю дверь. А если сядет, то уже никогда не выйдет. Появился и муж олимпийской чемпионки по толканию ядра Ирины Крожаненко, тоже вообще-то видный парень. Он тоже с интересом взглянул на автомобиль. Из переулка с телефоном в руках вышла улыбающаяся Ирина. Когда она подошла к машине, улыбка слетела с ее лица.

– Давайте такси вызовем, – негромко сказал я тренеру. – Все-таки речь идет об олимпийской чемпионке. Это же ужас какой-то. Вы же гордость российского спорта.

– Ну и что? – растерянно пробормотал он. – Что мы, на «Запорожце» не ездили?

Сели они в эту машину и уехали.

Фигурист Роман Костомаров рассказал одну историю. Он ехал за рулем на съемки «Танцев со звездами» в полной спортивной экипировке, как всегда крепко пристегнутый ремнями безопасности. Его остановил гаишник и удивленно спросил: «Ты что, иностранец?» – «Какой же я иностранец? – обиделся Роман Костомаров. – Я наш». – «А чего же ты тогда пристегнутый?» – «Да она у меня пищит, когда не пристегнешься», – честно ответил олимпийский чемпион. «Да я тебе сейчас все покажу!» – ответил ему гаишник и показал, как не пристегиваться и чтобы ничего при этом не пищало.

Внизу, под билбордом с изображениями Руслана Аушева и Алихана Амирханова, стояли две милицейские машины. Дежурили два автоматчика.

– Брат, – спросил мой водитель одного из них, открыв окошко машины, – скажи, зачем ты тут стоишь?

– Президента охраняю, – с достоинством сказал автоматчик.

– И не надоело? Это же не живой президент. Это же картина, фотография. Ты же фотокарточку охраняешь, брат!

– Да что там я… – расстроенно промолвил автоматчик. – Там дальше майоры и подполковники стоят.

Наши спасатели проходили курс совместных учений с американскими пожарными. Правда, чему те, сами посудите, могли научить наших мальчиков?

– Все мы и сами умеем, – махнул рукой парень из Центроспаса.

– Но все-таки есть ли что-то, чего вы не знаете, а они знают? – допытывались журналисты.

– Да, – признался, помявшись, один. – Они знают английский.

– А скажи, у нас оборудование не хуже? – обратился один из них к другому, нервно посматривая на нас.

– Не хуже?! – изумился тот.

– Конечно!

– Ты че?

– Ну вот автомобили, например. У нас не хуже.

– Да че ты?! – упорствовал тот.

– Просто у них более добротно сделаны, – с нажимом сказал наш спасатель, выразительно глядя на товарища. Взор его пылал.

Я поинтересовался у пресс-секретаря президента России Алексея Громова, оплатил ли господин Путин перевозку личного автомобиля из Москвы в Сочи транспортной авиацией (служебные лимузины президента перевозятся по воздуху за счет госбюджета).

– Она перегонялась по земле, – сообщил пресс-секретарь президента.

– Кем? – попытался уточнить я.

– Тем, кто умеет перегонять, – с готовностью уточнил Алексей Громов.

– Я вам хочу сказать вот что! – решился министр внутренних дел Рашид Нургалиев.

Было видно, что он не собирался этого говорить, но в последнюю секунду решил, что я должен это знать – только для того, чтобы понимать, как далеко он способен зайти ради безопасности участников дорожного движения:

– Мы, может, вообще синие номера отменим! Да! И такое будет!

– А дороги как у вас? – спросил президент Путин, помогая губернатору Ишаеву вернуться к людям.

– За последние годы мы построили 1700 км дорог, – оживился губернатор.

Я был уверен, он достанет еще один фотоальбом. Но на этот раз губернатор решил все объяснить на пальцах:

– В лучшие застойные времена не было столько построено, сколько мы сделали за последнее время.