После атаки на Кукес, напряженность на македонско-албанской границе стала лихорадочно возрастать. Армия Македонии подозревалась в организации двух мощных взрывов на фабрике ковров в Кукесе, приведшей к гибели сотен людей в качества ответа на рейды албанских сил через границу и пограничные перестрелки. Албанская армия жаждала мести. Действия снайперов, партизанских формирований и диверсантов на границе грозили спровоцировать полномасштабную войну. Крошечная македонская армия могла похвастаться более современным оружием, в основном, поставленным Соединенными Штатами в предыдущие годы, но Албания имела тактическое и численное превосходство. Албания превосходила Македонию втрое по живой силе, вчетверо по артиллерии, вшестеро по бронетранспортерам, и эти силы легко могли смести македонцев с гор на границе.

Именно поэтому было крайне трудно понять, почему македонская армия внезапно предприняла артиллерийский обстрел нескольких наблюдательных постов к западу от Струга. Очевидцы утверждали, что незадолго до полуночи две 70-мм самоходные артиллерийские установки[83] открыли огонь по двум албанским наблюдательным постам — не более чем лачугам из камня и дерева, возвышавшимся над озером Охрид.

Албанская армия немедленно открыла ответный огонь. Позиции пограничников не были оборудованы какими-либо современными системами обзора или приборами для контрбатарейного огня в ночное время — ни систем ночного видения, ни контрбатарейных РЛС — так что было довольно удивительно, что самоходные артиллерийские установки, предположительно, открывшие по пограничникам огонь, были поражены и полностью уничтожены первым же залпом. Но албанцы не остановились на достигнутом. После уничтожения САУ они перенесли огонь на близлежащую македонскую военную базу, и, наконец, на сам город Струга. Огонь по городу велся в течение трех часов с одиннадцати позиций, некоторые из которых находились в тринадцати километрах от него.

* * *

— Превосходно, — сказал Геннадий Егоров, оператор вооружения малозаметного истребителя-бомбардировщика «Метеор-179». — Албанцы реагируют даже лучше, чем мы ожидали.

План был прост. Несколько людей Павла Казакова в Македонии украли две самоходные артиллерийские установки — способные двигаться, но не способные стрелять — из арсенала в Битоле. Они проходили там техобслуживание, в ходе которого стволы были сняты, так что двигаясь по шоссе, они не привлекали внимания, просто еще какая-то военная техника. Три часа спустя они вышли на позицию к западу от Струги и начали ждать.

Тем временем, Мт-179 вылетел с секретной базы около Кодли. Учитывая, что АВАКС НАТО, сбитый ранее, еще не был заменен до окончания расследования, пролететь из Кодли через Румынию, Болгарию, Косово и Македонию к Охриду было детской игрой. Мт-179 нес четыре ракеты «воздух-воздух» с тепловыми головками самонаведения в крыльевых установках и четыре ракеты с лазерным наведением в бомбоотсеке. «Метеор-179» располагал мощной инфракрасной системой и низкоуровневой ТВ-системой в выдвигаемой установке под носом, а также устройством лазерной подсветки цели.

После того, как подставные самоходные артиллерийские установки были выведены на позицию, и люди Казакова спешно покинули их, головоломка начала складываться. Один двойной пуск по наблюдательным постам с расстояния двадцать два километра, двухминутный перерыв, а затем второй двойной пуск по САУ, дабы замести все следы. Дело было сделано. Люди Казакова также пометили САУ и наблюдательные посты инфракрасными маячками, чтобы Егорову было проще обнаружить и уничтожить цели с максимальной дальности.

— Eta l» ehchi chim dva palltsa abassat, — заметил Ион Стойка, получая по рации сведения о быстро нарастающей перестрелке между македонскими и албанскими силами. — Это ведь не деловой подход, так ведь? То же самое было после нашего вылета из Жуковского и успешного удара по Кукесу.

— Нам повезло, — сказал Егоров. — Плюс явная паранойя. Они были готовы вцепиться друг в друга почти десять лет. Мы просто дали небольшой толчок, чтобы все же заставить их сделать это.

— То есть, мы внесли свой вклад в естественный порядок политических процессов и культурного обмена на Балканах? — Со смехом спросил Стойка. — А мне нравиться. Мы гуманисты, работающие над тем, чтобы сделать мир лучше, позволяя региону двигаться в естественном ритме и естественной гармонии. — Второй боевой вылет оказался даже более успешным, чем первый, и дал Казакову необходимую искру, чтобы поджечь Балканы.

Вместо возвращения в Румынию, Стойка и Егоров направились через Болгарию и Черное море к принадлежащему «Метеору» промышленному объекту с взлетной полосой вблизи Борапани в Грузии, рядом с еще одним трубопроводом «Метеора». Полет проходил гладко и без осложнений. Мт-179 мягко летел при попутном ветре над Черным морем, развивая скорость более девятисот километров в час даже с РУД, выставленными на малую тягу оптимального расхода топлива. На высоте двенадцати тысяч пятисот метров небо было ясным и чистым, видимость почти неограниченной, а звезды висели так низко, что их, казалось, можно было коснуться. Всходил полумесяц Луны, но это не имело значения — они сядут прежде, чем кто бы то ни было сможет заметить их в лунном свете. Ради экономии топлива они запланировали крутое и быстрое снижение к воздушному пространству Грузии на малой тяге, полагаясь на малозаметность Tyenee, вместо того, чтобы лететь на малой высоте мимо радаров на турецком побережье.

Егоров предложил последить за самолетом, и Стойка с благодарностью откинулся, чтобы подремать. Штурман занялся отчетом по операции и заполнением компьютерных журналов, а самолет тем временем шел на автопилоте. Автопилот был настроен на поддержание скорости Маха и коррекцию высоты по мере уменьшения массы самолета и таким образом поддержания наиболее экономичной скорости полета. Мт-179 постепенно набирал высоту по мере уменьшения веса, пока не набрал пятнадцать тысяч, максимальный рабочий потолок самолета, по крайней мере, установленный пилотом.