— Я должен… уйти… прямо сейчас. — Он вздохнул. — Это к лучшему.

— Ладно. — Это прозвучало как вздох поражения, наполненный разочарованием.

— Но я не могу. — Он закрыл дверь и повернулся к ней лицом.

Если бы не желание в его глазах, она бы подумала, что Йорк злится. Всё его тело излучало сильнейшее напряжение. Его мускулы увеличились, растягивая ткань рубашки. Он даже зарычал, поблёскивая длинным, цвета слоновой кости, клыком, надвигаясь на неё.

Её сердце подпрыгнуло к горлу, а по жилам прокатилась волна. Он поднял её над полом без каких-либо проблем.

Лёгкий вздох, выпущенный ею, был поглощён им, когда его рот накрыл её губы. Его язык столкнулся с её, и звук рвущейся ткани заполнил комнату. Холодный воздух приласкал её очень влажную киску точно так же, как и его твердый член, потёршийся об неё. Она обвила руками его шею и подняла колени.

Не было времени думать или даже дышать, когда её спина врезалась в стену.

— Обхвати меня ногами. Мне необходимо быть в тебе. — Он прикусил её нижнюю губу, посылая разряды удовольствия по её телу. Её клитор пульсировал. Грудь потяжелела.

Она сделала, как он сказал, сомкнув свои лодыжки.

— Ты мне так сильно нужна, — прорычал Йорк, просовывая руку между ними, чтобы пальцем потереть её клитор. Она ощущала почти то же самое, что он только что озвучил, но ей было всё равно, потому что его прикосновение было таким чертовски хорошим.

Её дыхание стало рваным, частым и тяжёлым, а затем превратилось в громкий стон, когда он погрузил в неё палец.

— Ты такая чертовски мокрая, — прорычал он возбужденно, срывая свободной рукой рубашку с мешающими ему рукавами. Пуговицы разлетелись, с тихим звуком ударяясь о пол. Йорк этого даже не заметил.

Это убедило её в том, что он действительно испытывает нужду, отражающуюся в его чертах и действиях. На этот раз он проник в неё двумя пальцами, медленно двигая ими туда и обратно, что заставляло её вскрикивать.

— Ты готова для меня? — прорычал он.

Она посмотрела вниз, увидев головку его толстого члена, зажатой между ними. Она чувствовала, насколько он был возбужден.

— Да. — С её губ сорвался вскрик нужды.

Йорк разочарованно зарычал, при этом продолжая трахать её пальцами. Она чувствовала, что он сдерживается.

Кэссиди тяжело дышала. От оргазма её отделяла тончайшая грань.

— Что не так? Я готова.

Он снова зарычал, его взгляд от желания наполнился мукой.

— Я не хочу сделать тебе больно. Я не занимался сексом с тех пор, как был с тобой.

А одна неделя без секса, это долго?

Ей вспомнилась та часть тренинга, когда им рассказывали о сексуальности вампиров.

— Подожди. — Она взяла его за руку, чтобы он на секунду прекратил её трогать. — Это нормально? Я имею в виду, нормально ли обходиться неделю без секса?

Йорк кивнул.

— Да. Сейчас я чувствую себя действительно заведенным. Я так сильно хочу тебя… быть внутри тебя… очень глубоко. Просто… — Он стиснул зубы и покачал головой.

Она отодвинула его руку от её киски и схватила его член. Глаза Йорка закрылись, и он издал рокочущий звук, который она расценила как признак возбуждения.

Кэссиди сжала свою руку вокруг его толстой плоти.

— Тогда возьми меня.

Йорк присел на корточки, чтобы она могла подвести головку к её входу.

— Может быть, было бы легче, если бы мы пошли в мою спальню. — Она облизнула губы.

Йорк покачал головой.

— Я слишком отчаянно нуждаюсь в тебе. — Он толкнулся головкой в неё.

Кэссиди откинулась на стену и захныкала.

— Скажи мне, если я сделаю тебе больно, — прорычал он.

— Всё хорошо, — она как-то сумела насадиться на его член.

Он снова толкнулся в неё, на этот раз глубже, и она вскрикнула. Ощущалось небольшое жжение, но в основном она чувствовал себя просто фантастически.

— Как ты? — Его глаза были наполнены беспокойством и похотью. Его челюсть напряглась, всё его лицо говорило ей, что он на грани. Его лоб был испещрён глубокими морщинами.

Кэссиди каким-то образом нашла силы на улыбку.

— Я не сломаюсь. Трахни меня уже.

Это было всё, что требовалось Йорку, потому что он с силой прижал её к стене. Достаточно сильно, чтобы, возможно, оставить синяк или два, но ей было всё равно, потому что он снова толкнулся в неё и продолжал двигаться. Жёстко и глубоко. Отдавал ей всё, что у него было. Его взгляд был сосредоточен на ней. Он порыкивал каждые несколько ударов. Это было мило и очень горячо. Бисеринки пота блестели на его лбу. Мышцы его шеи были натянуты, как канаты.