ДРУЗЬЯ.

Пока наверху шёл осмотр Лиззи, три джентльмена в гостиной едва ли обменялись хотя бы десятком фраз. Но потом к ним спустилась срочно вызванная к больной сестре Мэри.

– Лиззи чувствует себя не лучшим образом, хотя доктор затрудняется поставить точный диагноз: ему пока не ясна картина заболевания. Мы с мамой по очереди будем дежурить у её кровати!

После чего она обратилась уже напрямую к встревоженному Мэтлоку.

– Возвращайтесь домой, сэр Сидней! Мы сообщим вам о ходе болезни.

– Вы сделаете мне большое одолжение,- поблагодарил граф, - однако завтра поутру я сам буду здесь!

Можно только представить, какое впечатление произвел этот краткий диалог на хозяина дома. Едва дождавшись, когда Мэтлок покинет Кларенс-холл, он зло развернулся к сестре.

– Может, ты объяснишь мне, что происходит? Почему Мэтлок вправе получать от нас отчеты о состоянии здоровья Лиззи?

Мэри зачем-то поправила на себе и без того безупречный чепчик, холодно покосилась на сэра Генри и поманила брата за собой.

– Пока вас не было,- пояснила она ему,- кое-что случилось, но это конфиденциальный разговор!

– Что ещё за тайны?- пробурчал раздосадованный виконт, и с извиняющейся улыбкой обратился к другу,- уж не купил ли Мэтлок вдобавок Кларенс-холл? Подожди меня здесь, Генри! Этот день настолько не задался, что мне хочется хотя бы закончить его приятно - с тобой и стаканчиком портвейна.

Если бы Кларенс знал, что на душе у друга: Вудворт ругал себя последними словами, полностью уверенный, что именно его глупое и нелепое поведение послужило причиной болезни девушки. Муки совести были настолько сильны, что когда виконт возвратился в гостиную, сэр Генри набрался решимости поговорить с ним всерьез.

Надо сказать, что Кларнес обернулся довольно быстро, и, несмотря даже на волнение в связи с принятым решением, Вудворт изумленно приподнял брови: его друг каким-то непостижимым образом пришел в хорошее расположение духа. Мало того, что он довольно улыбался, но ещё держал в руках какую-то запыленную старую бутылку.

– Вот,- восторженно потряс Джордж бутылкой, а потом с заметной нежностью протер её носовым платком, сделавшимся после этой процедуры абсолютно черным, - одна из последних, оставшихся ещё от дедовских запасов. Берег её для особого случая. Вишневый бренди, французский! Вкус бесподобный! Выпьем, мой друг, за мою красавицу сестру!

И Кларенс, облегченно опустившись рядом в кресло, щедрой рукой плеснул бренди себе и другу.

– Выше нос, Генри!
– жизнерадостно улыбнулся виконт, рассматривая на свет свечи цвет напитка.
– Жизнь - это не самая неприятная вещь, которая случается с человеком!

Вудворт изумленно приложился к бокалу.

– Леди Элизабет стало лучше?
– осторожно поинтересовался он.

Напиток действительно оказался выше всяких похвал: бархатистый, с тонким и изысканным букетом, он моментально ударил в голову и без того находящегося в заведенном состоянии молодого человека. И он тут же добавил, не дожидаясь ответа:

– Это я во всем виноват. Из-за меня болеет твоя сестра!

– С чего ты это взял, дружище?

– Там, на берегу озера она меня застала целующимся с мисс Грэкхем, и очень расстроилась.

Виконт с откровенным сожалением посмотрел на друга, и тут же долил ему в стакан ещё бренди.

– Не принимай близко к сердцу! В жизни всякое бывает... даже поцелуи с Меган Грэкхем! Ты с ней поосторожнее - на редкость вздорная и неприятная девица.

– Ты не понимаешь, - загорячился Вудворт, - я сам того не желая, вскружил Лиззи голову и, видимо, какими-то словами или поступками дал надежду. Как джентльмен, я не могу поступить по-другому и прошу у тебя её руки.

Реакция Кларенса на предложение оказалась неожиданной. Он сначала хмуро хмыкнул, потом тяжело вздохнул и напоследок почему-то грустно рассмеялся.

– Генри, на что ты собрался жить с моей сестрой? На жалование лейтенанта?

Вудворт покраснел, возможно, от унижения, а скорее всего, от бренди, потому что старый друг, конечно же, не желал его обидеть.

– Лиззи всего лишь шестнадцать лет, и она может подождать с заключением брака, пока я не дослужусь до повышения в чине.

– Это может произойти очень нескоро, да и... Идет война, нашу шхуну в любой момент могут потопить. Успокойся, Генри! Не рви себе душу несбыточными прожектами, тем более что ты и сам понимаешь, насколько они иллюзорны. Судьба Лиззи уже решена: сегодня, пока нас не было дома, Мэтлок сделал сестре предложение и наш опекун сэр Арчибальд дал согласие на брак!

Несмотря на опьянение, Вудворту показалось, что его окатили холодной водой.

– Так мы это празднуем?
– в ужасе показал он глазами на бренди.
– Неужели ты рад видеть сестру замужем за таким человеком как Мэтлок? Я слышал, что он сделал свое состояние самым бесчестным образом: занимался ростовщичеством, содержал бордели, вступал в какие-то пахнущие каторгой аферы... Грязные, дурно пахнущие истории! Может ли подобный человек стать хорошим мужем для такой чудесной девушки как леди Элизабет?