Остолбенев, Шэнна смотрела на него снизу вверх.

– Ничего себе. Значит, в тебе взыграли инстинкты собственника, да?

Он наклонил голову.

– Я не понимаю.

– Ты же не станешь на самом деле кого-то убивать за прикосновение ко мне, не так ли?

Он двигался быстро и схватил Шэнну за бедра, прижав девушку к своему телу. Гнев исказил черты его лица.

– Я убью любого, кто попытается навредить тебе или забрать тебя у меня, – глубокое рычание вырвалось из его горла. – Ты сама выбрала быть моей, и я именно собственник, если это означает, что я никогда тебя не отпущу.

Смотря в его глаза, Шэнна с трудом сглотнула. Интенсивность его взгляда дарила ей покой.

Он и в самом деле подразумевал именно то, что сказал, что убьет, чтобы защитить и удержать ее. Шэнна подняла руки, располагая их в области его ребер, чтобы приласкать его и успокоить гнев, который отражался в его глазах, инстинктивно она понимала: его гнев не был направлен на нее.

У Берра была самая горячая кожа, а мышцы под ее пальцами не были столь видимы, но и их можно было почувствовать на его шикарном подтянутом теле. Мужчина был таким красивым во всем, начиная от его глаз и длинных темных волос, заканчивая мускулистым телом. Более того, из всего, что она узнала о нем, он действительно был отличным парнем.

«Осознание – сука», – решила Шэнна, по-прежнему глядя ему в глаза.

Берр был парнем, в которого она могла бы сильно влюбиться. Ни один мужчина никогда не смотрел на нее так, как он, и ни один мужчина никогда не был готов убивать за нее. Шэнна глубоко вздохнула.

– Я умираю с голоду, Берр. Те ублюдки, которые похитили меня, практически не кормили нас. Что бы ты ни принес, пахнет очень хорошо.

Его тело расслабилось, и он улыбнулся ей.

– Тогда я накормлю тебя. Думаю, тебе понравится еда Зорна.

Глава 5

Шэнна знала, что было уже поздно. Она смеялась, вглядываясь в удивительные глаза Берра, женщина оседлала его талию, и только простыня разделяла их обнаженные тела. Огонь в камине, который он зажег часами ранее, догорал, делая освещение в комнате тусклым, но очень романтичным.

Берр был потрясающим мужчиной, будь он инопланетянином или же нет. Мужчина кормил ее, надо признаться – своими руками, пока Шэнна пробовала всё на вкус, и все время заставлял ее смеяться, когда пытался объяснять, что именно она пробовала. Он отличался остроумием, описывая животных Зорна, из которых состояли куски мяса, которые она ела. Берр даже поделился с ней некоторыми из своих рыболовных историй, когда Шэнна попробовала два разных вида рыбы. Еда Зорна была восхитительна.

– Больше всего на меня похож мой сын Рал, – признался он со смешком. – Он – мой старший сын и однажды займет мое место, когда я уйду с поста Ивина. Мой второй сын – Аджернон. Он тоже похож на меня. Мой третий сын – Ревер, и он более серьезный, чем я. Следом за ним мой младший сын, – мужчина громко вздохнул. – Он все еще молод и не обуздан, но я надеюсь, что к тому времени, как я уйду, Вон повзрослеет.

– Прежде, чем ты уйдешь в отставку, пройдет еще очень много времени, – женщина окинула взглядом его грудь и руки. – Ты выглядишь так молодо, что в голове не укладывается, что у тебя взрослые дети.

Он улыбнулся.

– Я – опытный воин и никогда не был ленивым.

Наклонившись, она приняла устойчивое положение у него на груди, чтобы пальцами провести по его длинным, шелковистым черным волосам.

– Твои волосы поседеют, когда станешь старше? На Земле, когда мы достигаем определенного возраста, наши волосы становятся белыми или серыми. Так как я блондинка, через несколько лет мои волосы станут белыми. Меня удивляет, что у меня их до сих пор нет.

Берр кивнул.

– Мои тоже станут белыми. У меня уже было несколько, но Оволи всегда убирает их с моей головы.

– Кто такая Оволи? Твой парикмахер? У тебя есть кто-то, кто подстригает тебе волосы? У нас на Земле есть парикмахеры, которые стригут волосы у мужчин.

– Она – одна из моих помощниц дома, и, да, она ухаживает за моими волосами, подстригая их.

– Надо же! Здорово, что у тебя сотрудники с полным спектром услуг, – улыбаясь, она снова села, выпустив его волосы. – Я сама стригу себе волосы. На родине я – бармен, это означает, что я готовлю и приношу напитки людям в доме, в который заходят другие люди, чтобы встретиться друг с другом, – объясняла она. – Я не так много зарабатывала, поэтому не могла позволить себе платить другим людям за то, чтобы они делали что-то для меня, – она повернулась, оглядываясь вокруг по большой затенённой комнате. – Это самая большая спальня, которую я когда-либо видела в своей жизни. Я могла бы уместить сюда весь мой дом.

Большие, теплые руки заскользили вверх по внутренней стороне ее бедер, тут же вернув внимание Шэнны к Берру. Тело женщины ответило на его прикосновение, как только его руки остановились в нескольких дюймах от местечка, где простыня собралась между ее бедрами. Большими пальцами он натирал круги на ее коже, заставляя дрожать от воспоминаний о том, что этот мужчина может сделать с ее телом.

После ужина Берр стащил с нее полотенце, поднял и уложил обратно в кровать. Он приказал ей развести бедра и снова опустился, облизывая ее, изучая своими пальцами и ртом, доводя женщину до оргазма. Шэнна отплатила ему тем же, лаская его руками и ртом. К ее изумлению, когда он кончил, Берр перевернул ее и начал ласкать ее тело заново. После двух раундов в постели они, обнявшись, болтали, и это был отличный способ провести вечер.