А глаза его молили о помощи:

– Ты сможешь, - он старался говорить одними губами, - Убей меня. Ты должна. Мне уже не поможешь. Я всё понимаю, но не могу остановиться. Маргарита не способна на такое - ты ... помоги мне...

Златовласая ошарашенно посмотрела на него, отступая...

Маргарита не могла смотреть спокойно на поединок двух близких ей людей, судорожно соображая, как же можно остановить это безумие - дышать было всё тяжелее - приступ удушья сковал и тело, и разум, а мысли путались в воспалённом мозгу. Господи, как же она ждала, что снова увидит своего Джанъяна, и эта надежда поддерживала и придавала сил. И что же она видит теперь? Пока они сражались, она умирала тут, глядя на них.

Она смогла решиться на этот шаг только лишь от безысходности - между Джоном и Даниэллой внезапно оказалась Маргарита. Ничего лучше она сейчас придумать не смогла.

– Опомнитесь! Прекратите это безумие, заклинаю вас!
– почти взмолилась она, которая до последнего верила и ждала его появления.

Точный выпад… Маленькая брюнетка замерла и вскрикнула, но не от боли. Её губы дрожали, в тёмных, слегка раскосых, глазах застыло удивление, и они были полны слёз - но в них не было боли, не было осуждения, только потрясение и шок. Кровь тонкой струйкой текла у неё изо рта и капала на пол. Вся жизнь, вместе с печалями и радостями, взлётами и падениями пролетела, как один миг…

– За что, Маэстро?
– взор затуманился, ноги слабели, - Я не могу поверить…- едва слышно простонала Маргарита.

Джон резко выдернул меч и вовремя подхватил девушку:

– Дурёха, зачем ты полезла?
– прохрипел он, и его взгляд, и его голос были словно чужими.

– Ты ведь это не серьёзно, правда?
– Маргарита посмотрела на него своими огромными глазами, - Я не верю. Посмотри - это мы. Ты не можешь так поступить с нами. Ты наш друг, ты не мог нас предать. Это же не ты... Ты, ведь, не хотел этого...

– Да-да, зачем?! Ты мне всё, блин, испортила, ненормальная!
– Лаура топнула своей маленькой ножкой, - Добей её. Прояви милосердие и оборви её страдания. Ну, же! Не заставляй меня ждать!

– Куда тебе понять! Людьми иногда движут не злоба и ненависть, а совсем иные чувства! Но это - не про тебя! Разве тебе ведомо, что такое любовь и дружба?!
– не выдержала Даниэлла.

– Зачем?
– тихо произнесла Маргарита - Жан, дай мне руку, закрой глаза и освободи свой разум, доверься своему сердцу, как ты всегда делал, - дрожащими руками сжала его ладонь, - Ты просто потерялся, и я не могу оставить тебя одного блуждать во тьме.

– Я видел… Что это было?..
– мужчина содрогнулся от этих видений.

– Картины из твоей жизни. Даня, прости меня, пожалуйста, может, я и, в самом деле, глупо поступила, но я не видела иного выхода… Живите оба…- едва заметно улыбнулась Маргарита.

Джон посмотрел на свои окровавленные руки и устрашился - быстрым движением он отбросил меч:

– Неужели я сделал это? Прости, родная, я видел вас, но не мог остановиться. Я пытался, прости. Но, как можно было предать вас, дороже кого для меня нет и не будет?
– он опустился на каменный пол, он прижимая к себе Маргариту, и страшен был его крик, - Лаура, слышишь, я больше не в твоей власти!!!
– потом он повернул к друзьям мокрое от слёз лицо, - Я пойму, если вы не захотите простить меня, так как моему поступку не может быть оправдания… Я очень виноват перед вами…

Всяким видела его Даниэлла, но таким разбитым - никогда ещё прежде.

В этот раз его глаза излучали свет и добро, и были полны раскаяния. Маргарита посмотрела на него с нежностью и любовью:

– Милый мой дурачок! Надо иметь большое мужество, чтобы признать свои ошибки. Не беда, если человек оступился - это может с каждым случиться, но рядом с тобой есть люди, которые готовы помочь тебе подняться.

– Я вам буду очень признателен, если вы не захотите пропустить мои мозги через мясорубку, - попытался пошутить он.

Златовласая озорно улыбнулась:

– Ну, ты провинился сегодня…Но, так и быть, по доброте душевной, я тебя прощаю.

Маргарита положила одну руку ему на плечо, а второй потрепала его за щеку:

– Я люблю тебя!

Джон обнял жену за талию и поцеловал:

– Я тоже люблю тебя, милая. Спасибо, что вернула мне самого себя.

Внезапно рана дала о себе знать: молодая женщина в его руках побледнела и едва не потеряла сознание - только его крепкие объятия удерживали её…

– Марго, нет! Не оставляй меня! Неужели я не достаточно наказан?!
– с ужасом мужчина смотрел, как кровь отливает от её лица, - Без сомнения, я заслужил кары, но - не ты!

– Кончайте разыгрывать Шекспира! Вы на Ромео с Джульеттой не очень-то похожи, - раздраженно заметила Лаурита, - Видала я Шекспира, он в гробу переворачивается от такой вашей трактовки.

– Прости меня, жизнь моя! Как я буду смотреть в глаза твоим родителям и нашим детям? Как я теперь смогу жить с этим?
– его трясло от одного вида своих окровавленных рук.