— Эй, — неожиданно произнесла она, оглядев всех в круге и слегка нахмурившись, — ребят, вы заметили… Ну то есть, думаете ли вы, что… Улькиорре может нравиться Иноуэ?

Чизуру поперхнулась своим соком. Татсуки подала ей салфетку.

— Хочешь сказать, в романтическом смысле? — спросил Мидзуиро, узнавший об Арранкаре и войне немного позже того, как всё произошло.

— Эй, — Ичиго наклонился ближе к Рукии, на его лице читалось смятение, — о чём ты говоришь?

— Он не может! — гневно прокричала Чизуру, ударив кулаком по бетону.

— Этот стрёмный парень, который живёт с ней? — поёжился Кейго. — Не знаю, Рукия, не похоже это на него.

— Хм, — промычал Чад, в очередной раз забив рот едой.

— Я знаю, что не похоже, но сами подумайте, — она сконцентрировала своё внимание на Ичиго, Исиде и Чаде. — Не помните, что сказал Урахара? Когда Иноуэ привела его в первый раз в магазин, он не прекращал спрашивать, куда она делась, когда она ушла. Он как бы отказывался говорить с кем-либо другим.

— Но с чего бы это Иноуэ нравиться Улькиорре? — Ичиго почесал затылок.

— Это неправда! — Чизуру молотила руками.

— Ну она говорила, что он приглядывал за ней в Лас Ночес, — Татсуки опёрлась на ладони.

— Да? — голос Чизуру повысился на две октавы. Исида задумчиво посмотрел на небо.

— Куросаки был тогда не в состоянии заметить, с какой силой Улькиорра сражался. О, — он посмотрел на Рукию, — и он никогда не был жесток к ней, как ко мне, например, — его рука неосознанно изогнулась, пальцы скривились, подтверждая своё наличие. Рукия кивнула, посчитав это доказательством.

— Он заботился о ней в Лас Ночес, никогда не причинял ей боли, зациклен на ней и, насколько я знаю, приспособился к её потребностям.

— Каким это потребностям? — лицо Кейго покраснело.

— Ну он делает покупки и всё такое, — промычала Татсуки с палочками во рту, тем самым разрушив его фантазии.

— И давайте не будем забывать, что Иноуэ в последнее время, ну знаете, светится, — Мидзуиро отложил в сторону пустую коробочку для бэнто.

— Нет никакого сияния! — пискнула Чизуру, закрывая уши.

— Да при чём тут вообще сияние? — спросил Ичиго. Исида, Татсуки и Мидзуиро печально качнули головами.

— Чувак, серьёзно? Говорят, что женщины светятся, когда они влюблены, — пояснил Кейго.

— Хм, — сказал Чад.

— Ты не замечал, как светилась Рукия?

— Мы не говорим о нас! — прокричали Ичиго и Рукия, их лица вспыхнули.

— Но, — Татсуки подняла руку, — Орихиме не испытывает к нему таких чувств. То есть, она могла бы, и, наверное, просто не заметила их ещё, — это ведь так на неё похоже — но она ничего не говорила мне про это, — поближе к ней пододвинулись все, кроме Ичиго, который был всё ещё слишком взволнован и смущён.

— Что она рассказывала тебе о нём? — спросила Рукия. Чизуру гневно разжёвывала свой платок. А Татсуки спокойно ела, как мудрец приподняв подбородок.

— Ну она говорит, что он терпеть не может соленья. Например, на прошлых выходных она сводила его в МакДональдс, а он сидел, уставившись на гамбургер, потому что там были маринованные огурцы. Ей пришлось вынимать их для него, потому что он не хотел даже дотрагиваться до них.

— Он ест еду из МакДональдса? — глаза Кейго удивлённо расширились.

— Конечно, он же человек. Ты думаешь, что он питается маленькими детьми?

— Возможно…

— Ага, — прошептал Мидузиро, — и Иноуэ помогает ему, завлекая их сладостями из булочной, — он ухмыльнулся, когда кровь отошла с лица Кейго. Татсукки проигнорировала их и продолжила.

— Она также говорила, что у него неплохо развито воображение. Это, наверное, благодаря всем книгам, которые он читает. Эм… И у него стали пропадать носки. Она думала, это конспирация. Типа маленькие эльфы живут в стиральной машине, поэтому она попросила купить мышеловки, в которые она положила печенье.

— Они кого-нибудь поймали?

— Ноги Улькиорры, — все поёжились. — Он не очень хорошо это воспринял. Покрыл пол всей квартиры этими мышеловками, пока она была на работе, оставляя немного места, чтобы можно было пройти на цыпочках.

— Что? — огрызнулись Ичиго, Исида и Чизуру.

— Не самый приятный человек, да? — усмехнулся Мидзуиро.

— Орихиме сказала, что было смешно, хотя она и игнорировала его весь остаток дня, — пожала плечами Татсуки, съев ещё немного риса.

— И всё?