— Немного, — признался Улькиорра. Он серьёзно боялся, что она узнает о его скрытых мотивах, но, похоже, идея о том, что он мог быть влюблён в неё, даже не пришла ей в голову.

— Да ладно тебе! — Орихиме ударила его плечо своим. — Ты же знаешь, что можешь мне всё рассказать, — она щёлкнула пальцами. — Это всё меняет! Давай тогда посмотрим романтическую комедию!

— Ты хотела посмотреть фильм о супергероях.

— Не-а, хватит с меня супергероев. Это будет гораздо веселее!

***

Романтическая комедия была короче фильма о супергероях, и Орихиме комментировала всё, что делал не так мужской персонаж в своих попытках добиться девушки. Она сказала, что как-то раз видела мыльную оперу, в которой главный герой похитил девушку его мечты, и ей было смешно от того, как это было нереалистично, затем она быстренько добавила, что у них была совершенно другая ситуация.

Оттуда они пошли в кафе. Орихиме, наслаждавшаяся напитками и атмосферой, была счастлива. Улькиорра не мог отвести от неё глаз. Он даже не понимал, что улыбался, пока она не остановилась на середине предложения и не указала ему на это.

— Я сказала что-то смешное? — спросила она.

Улькиорра качнул головой и взял в руки кружку. Он сидел молча и довольно слушал, как говорит она.

— Чёрт меня дери, он улыбается, — сказала Йоруичи Киске. Они слонялись без дела снаружи кафе, стоя перед мусорным баком.

— Что? Господин Улькиорра никогда не улыбается! Дайте посмотреть! — прокричала Нелл, извиваясь в руках Йоруичи. Она слишком громко ахнула. — Не. Может. Быть, — из бака донёсся стон. Урахара ударил по нему тростью.

— Тише, господин Эспада. Я выпущу вас через пару минут.

========== Накама ==========

— Вынуждена тут с вами не согласиться, господин Урахара, — говорила Орихиме владельцу магазина. Был вечер вторника, и так как ей не надо было идти сегодня на работу, она направилась в магазинчик сразу после школы. Смена Улькиорры почти закончилась; Орихиме думала, что ему нравится идти домой вместе с ней, но она не могла быть до конца уверена в этом. — Арахисовое масло сочетается со всем, кроме хлеба с джемом.

Дебаты длились уже долго, с тех пор, как они отклонились от изначальной темы, и спор вовлёк всех работников, кроме Улькиорры. Он не жаловался. За время работы здесь он понял, что ничто меньше телесных увечий не сможет мотивировать его коллег, а даже они знали, что он не бьёт детей.

Поэтому он выполнял их работу за них. Конечно, очевидно, что он справлялся с ней лучше.

Телефон Орихиме начал верещать. Она извинилась и ответила на звонок.

— Привет, Татсуки-тян! — Улькиорра потянулся за упаковкой крекеров, которые находились за ней. Он заметил, как померкла улыбка Орихиме, заменившись ужаснувшимся выражением лица, а затем хмурым взглядом. — Ты идёшь к нам, — заявила она. — Это необходимо! Смена Улькиорры-куна почти закончилась. Пока мы тут, я возьму немного еды. Дай нам часок, ладно? И ты мне всё расскажешь! Не упустишь ни единой детали!

— Всё в порядке? — спросил Урахара, когда Орихиме повесила трубку. Она повернулась и раздражённо взглянула на него.

— Всё не в порядке! — крикнула она, но отказалась развивать тему.

Орихиме бегала по магазину, беря закуски и конфеты. Улькиорра в качестве последнего задания на сегодня оплачивал их, используя свою скидочную карточку работника, пока Орихиме этого не видела. Домой они шли в относительной тишине; Улькиорра нёс пакеты, а Орихиме что-то бормотала себе под нос и иногда пинала ногой дорожные знаки. В определённый момент она посмотрела на Улькиорру и спросила:

— Ты когда-нибудь просто… Угх! — Улькиорра думал с минуту.

— Да, — ответил он.

— А по тебе и не скажешь.

— Сочту за комплимент.

***

Татсуки пришла, опоздав на полчаса, всё ещё в школьной форме с футбольной сумкой, висящей на плече. Она выглядела уставшей и поприветствовала Орихиме, подозрительно улыбнувшись.

— Прости, что опоздала. Тренер временно отстранил меня на пару дней.

— Отстранил? — крикнула Орихиме. — За что?

— Ты хочешь услышать историю целиком или нет? — Татсуки кинула свои вещи на пол и сняла обувь. Затем она заметила сидящего за столом Улькиорру, не спеша попивающего чай. — О, и ты здесь.