Услышав скромное бархатное "Кхе, кхе!" над собой, ангелы перестали мутузить друг друга и, как по команде, вскочили на ноги.

Где, собственно, и предстали пред Ясные Очи.

Кроме Очей увидели друзья перед собой Слово в образе плавающей в мягких складочках эфира Улыбки и ее производных. Через мгновение Слово перестало улыбаться, а производные Улыбки превратились в Уста Вопрошающие, которые, однако, ни о чем спросить не успели, потому как ангелы наши, обеспамятствовав, свалились оба в обморок, прямо на то, на чем стояли, утратив форму и позабыв суть.

Господь досадливо крякнул и почесал воображаемым перстом в воображаемом затылке. Решив, что так не годится, он произнес "Не годится!", и хлопнул в ладоши. Воображаемые. И тут же предстал в своем Праотеческом образе, в белых одеждах и власах, восседающим на троне драгоценном, в окружении Престолов и прочих домашних, решив не без основания, что этот прикид больше соответствует моменту.

Нетерпеливо сделал Элохим движение рукой в сторону бесчувственных студентов, и те в мгновение ока были воздвигнуты на ноги компетентными сущностями, из прочих домашних как раз, которые ничем себя не проявляли, пока не возникала в них надобность.

Ангелы, восстав на ноги и увидав перед собой Вездесущего, сразу же пали ниц и распростерлись.

– Ну, я так не могу!
– воскликнул Эль-Кадош и нервно озирнулся на услужливых Престолов.
– Что они все валятся и валятся? Эй, вы, быстро поднялись, а то я за себя не ручаюсь!

И для вящей убедительности грозно сверкнул Очами.

Студенты, хоть напрямую сверкания Божьих Очей и не видели, только отблеск, но почувствовали спинами жар, посыл уловили правильно и, цепляясь друг за друга слабыми своими руками, скоро и споро поднялись от ниц до тыц.

И, памятуя о сиянии, потупились. Хоть и понимали, что все равно не спасет. Если что.

Откинувшись на троне, уперев крепкие в локтях руки в округлые колени, Пастырь добрый единый миг всматривался в предстоящих пред Ним. За этот миг ангелы успели умереть, вновь родиться и снова умереть.

– Ну, - наконец вопросил Краеугольный Камень грозно, - в чем дело?

Ангелы задрожали осиновыми листьями на ветру, и вновь вознамерились ретироваться в обморок. Сущий поднял предостерегающе перст, и свое намерение друзья оставили без исполнения. Даже позабыли о нем, напрочь.

Господь ждал ответа, пауза затянулась, тучи сгущались, и первым, как более тонко организованный, решился нарушить молчание Белый. Решившись, он легонько подтолкнул вперед себя Рыжего. Тот, оглянувшись, подумал другу благодарность, которую без труда прочел в его мыслях Еммануил.

– Но-но, - сказал он.
– Даже не думай! Отвечай лучше по существу, раз вызвался. Что вы там не поделили, а?

– Да я, собственно, не вызывался...
– начал было оправдываться Аурей, но поняв, что это бесполезно, не стал и продолжать. Помолчал и передернул плечами, за которыми совсем не ощущал своих крыл.
– Поспорили мы. Маленько, - сказал он, наконец.

– Так, поспорили, - удовлетворился ответом Ветхий.
– И кто же был зачинщиком... спора?

– Он!
– снова первым нашелся с ответом Белый и ткнул указующим пальцем в бок друга. Под ребро.

Рыжий мучительно улыбнулся.

– А, позвольте полюбопытствовать, каков предмет ваших разногласий? В чем их суть!
– продолжал докапываться до сути Вечный.

– Мы разошлись во мнениях, Ваше... Наше... Отец, касательно того, как следует относиться к роду людскому, - собравшись, наконец, с мыслями стал объяснять Аурей.
– Коротко говоря, все последнее время мы с моим добрым другом ангелом Нивеем пребывали в раздумьях о будущих перспективах человека, как феномена, и человечества, как концепции.

– Ага, в раздумьях пребывали...

– Да, Ваше... Отче, пребывали, - продолжал Аурей.
– И пришли к согласию, что перспективы туманны, что налицо определенный кризис, и что из сложившейся ситуации следует, не медля, выходить.

– Так, выходить...

– Да, Наше... Свет Миру, выходить. Но вот в вопросе выбора средств и инструментов, и, собственно, в направлении выхода во мнениях мы слегка разошлись.

– Представляю, что бы было, если бы вы сильно разошлись во мнениях!
– весело закричал Неусыпный.
– Вы бы мне дыру в мироздании проломили! Ах, какие молодцы! Но, продолжай, что там с инструментами? Что предлагаете? Ну-ну, мне это и самому интересно!

– Ну, - продолжил отдуваться Рыжий, - с одной стороны, перевоспитывать с любовью и терпением. С другой же стороны - карать беспощадно и неумолимо отбраковывать. Вот здесь у нас и нашла коса на камень...

– И брызнули искры во все стороны!
– подытожил догадкой Творец.

– Я все понял, - объявил Он через мгновение, весело хлопнув себя ладонями по коленям, от чего окружавшие Его Престолы радостно заулыбались и зашелестели крыльями - Тут и понимать нечего! Налицо классический спор о выборе Пути Правой или Пути Левой руки. Черный Брат с Белым Братом устроили перебранку. Обычное дело! Все та же нескончаемая пря, которая не утихает с самого начала эксперимента. Век уже все спорят, сами не зная, о чем! А ведь было сказано: не моги! Чтобы прекратили, значить! Чтобы не вздумали! Было?