Начальник вскочил и убежал. Еще через десять минут вошла девушка с платьем и предложила мне одеться. Я скинула пиджак и надела ситцевое платье, сразу став заурядной советской девушкой. Потом явился еще чин повыше. Ему уже пришлось дополнительно рассказать, что все, что я говорю сразу известно на корабле.

– В вас что, радио встроено?
– заинтересовался он, оглядывая меня: - И в какое место?

– По всему телу распределено, - ответила я. Тут, наконец, вошло знакомое лицо. Лаврентий Палыч. Нарком НКВД. Мой непосредственный начальник, судя по моему вранью, в Шахтерском астероиде. Я аж радостно заулыбалась, но потом осеклась. А вдруг не врут про Берию? Сейчас как начнет насиловать! Ужос!

– Она инопланетянка?
– спросил Берия: - А с виду вполне земная девушка.

– Земной меня уже здесь одели, - ответила я: - До этого я была совершенно неземной красоты. Я так понимаю, что выше вас уже начальство нескоро появится? И можно уже договариваться с вами? Меня зовут Лиза, а вас (типо не знаю)?

– Меня Лаврентий Павлович, - кивнул Берия: - У вас есть доказательства вашего неземного происхождения кроме красоты и дирижабля над Москвой?

– Над Москвой не дирижабль, а космический корабль, летающий выше скорости света. А доказательства... могу дверь кулаком пробить. Только не хочется шуметь. Лаврентий Павлович, я вышла налегке, без всякого оборудования только, чтобы договориться о месте посадки корабля, где можно будет и получить любые доказательства.

– А тот маленький корабль, что уже сел в Кремле?
– спросил Берия: - Там есть что-то интересное?

– Там вы можете зайти и посмотреть отличное кино, как мы уже повоевали с фашизмом. Хотя воевать нам не положено. Но фашисты об этом не знали и регулярно нападали на нас. Пришлось защищаться. Самозащита нам вполне дозволена. И вдоль границ летали, тоже будет интересно вам посмотреть.

– Кто там сидит в вашем корабле?
– осторожно спросил Берия.

– Моя подруга, она пилот. Сидит и ждет меня, - пожала плечами я: - Можем даже прокатить вас.

– Хорошо, пошли, - встал Берия и направился к выходу. Я побежала за ним.

Когда мы подошли к разведботу, Ольга открыла шлюз. Я вошла, Берия осторожно тоже вошел за мной. За ним хотели потянуться еще люди, но я сказала, что аппарат трехместный. Берия разместился в свободном кресле пилота и я запустила фильм о нашем полете с четырех утра. С пояснениями. И перемоткой неинтересных моментов. После он еще уточнил:

– Так чем вы можете нам помочь?

– Медицинскими услугами и технологическими. Но мы не благотворительное общество. Всякий труд нужно будет оплатить.

На прощанье дала ему планшет.

– Держите Лаврентий Павлович. Это коммуникатор с экраном. Нажимаете кнопку, и мы откликнемся. Если надо кого срочно пролечить, то можно сразу вылететь, - сказала я, вспоминая, что вроде Сталин в первые дни войны, сильно болел.

– А покатать, девушки, обещали?
– огорчился Берия. Мы переглянулись с улыбкой.

– А снаружи не подумают, что мы украли наркома?
– спросила я. Берия подумал и согласился с моим доводом. После чего пошел на выход. Потом остановился.

– А может, возьмете другого нашего человека? Чтобы он глянул, что там у вас и как?

– Хорошо Лаврентий Павлович, возьмем, если не слишком уродливый, - подала голос Ольга. Берия усмехнулся и вышел. Он распорядился и к нам залез молодой офицер или красный командир, как их там сейчас называют?

– Летчик Титаренко! Прикомандирован к вам товарищи девушки, - козырнул он.

– Арфы нет, возьмите бубен, - машинально ляпнула Ольга.

– Что?
– удивился он.

– Она говорит, отдыхайте товарищ!
– пояснила я. И мы полетели наверх, к Киту. Когда Кит раскрыл пасть, и мы в нее влетели, глаза его округлились, а лицо побледнело.

– Натурально как, - сказал он, слегка вспотев: - Думал, чудо-юдо, рыба-кит нас сейчас жевать будет.

Тут же раздался вызов от Берия. Ему нетерпелось опробовать коммуникатор.

– Титаренко можно?

Я повернулась лицом к Титаренко и начала трансляцию картинки прямо со своей нейросети.

– Титаренко, говорите, с вами сейчас Лаврентий Павлович через меня говорит.

– Товарищ нарком НКВД, добрались нормально сейчас внутри корабля!
– бодро ответил Титаренко.

– Хорошо, - сказал Берия и отключился.

Летчик отправился на экскурсию по Киту. Его даже засунули в медкапсулу на час и чего-то подлечили. И он перезнакомился с тремя десятками членов экипажа. Он, наверняка обратил внимание на то, что все имели вполне земные имена и фамилии. Ведь экипаж, кроме моей мачехи был набран среди русской общины станции Восток.

У Антона на "Лед Зепеллин" дело обстояло так же. Там еще полсотни специалистов из числа русских состояли в экипаже. Значит скоро Берия будет задавать неудобные вопросы и пытаться на нас давить через патриотизм, чтобы обжулить при расчетах за услуги. И предстоял трудный разговор по объяснению сути контроля за истиной, в условиях тотальной нейросетизации общества.