Эрик чувствовал их правоту и все же пытался оттянуть время, чтобы дать Рашель еще немного передышки. Прежде всего, естественно, надо было позавтракать. Затем он приказал проверить и сосчитать все имеющееся имущество, а также осмотреть запасы пищи на случай, если они намокли во время длительного пребывания в воде. Потом он отправил Роя опорожнить их фляги и наполнить их свежей водой из водопроводной трубы, которая всегда располагалась поблизости от канализационной системы. И наконец, он потребовал карту, хранившуюся у Рашель, и погрузился в тщательное ее изучение в надежде хоть на какие-нибудь ориентиры, дающие возможность определить направление, в котором они должны двигаться к пещерам народа Аарона.

На Роя карта произвела неизгладимое впечатление — он никогда в жизни не видел ничего подобного. Вернувшись с полными флягами, он пристроился за спиной Эрика и почтительно принялся разглядывать ее, недоумевая, каким образом эта странная паутина линий отражает коридоры, по которым может путешествовать человек. Эрик терпеливо и подробно отвечал на его вопросы: всякое объяснение предоставляло лишние мгновения отдыха Рашель. Девушка дремала на полу невдалеке от них: лицо у нее осунулось, руки были сложены на животе, приобретшем уже некоторую округлость.

Однако, как только Бегун понял, что им не удастся определить по карте их местоположение, он потерял к ней всякий интерес. Отойдя в сторону, он начал складывать свое снаряжение, готовя его к походу: внимательно осмотрел ранец, разложил перед собой копья и выбрал из них самое удобное.

— …ничем не отличается от остального барахла народа Аарона, — донеслось до Эрика его ворчание. — Как со всеми этими Чужаками. Сначала их вещи кажутся потрясающими — одно удовольствие посмотреть, но потом выясняется, что пользоваться ими нельзя. В данный момент от них нет никакого толка — ну ладно, мы используем их завтра или на следующей неделе. Проклятые болтуны с их дурацкими приспособлениями. Карты! Ну надо же!

Эрик почувствовал прилив раздражения, и ему захотелось напомнить Рою, что только благодаря снаряжению народа Аарона им удалось бежать с территории Чудовищ: из водонепроницаемого платья они сделали надувные шары, а протоплазменный нейтрализатор оказался единственным металлическим предметом достаточной длины, чтобы из него можно было согнуть крюк. И давно ли Рой так усердно копировал прическу Чужаков и манеру их речи?

Но они все трое нуждались друг в друге, и им не стоило ссориться. Эрик давно заметил, наблюдая за своим дядей, что тот никогда не вступал в споры, если только кто-то впрямую не подвергал сомнению его авторитет или не угрожал безопасности руководимого им отряда. «К тому же, — улыбнулся про себя Эрик, — ворчание Роя означает только одно: он снова ощущает себя воином Человечества, вернувшимся в родные стены. Как и я сам…»

Приятно вновь заняться привычным делом. И пока они не доберутся до народа Аарона…

Он вскочил на ноги, пытаясь отогнать невеселую мысль, которая время от времени преследовала его.

— Всем! Всем! Всем! — выкрикнул он древний боевой клич, который, как считалось, был унаследован от предков. — В путь!

Через некоторое время они гуськом уже двигались по туннелю: Эрик впереди, Рашель посередине и Рой замыкал шествие. После вчерашних приключений Эрик теперь постоянно обращал внимание на то, что всю жизнь считал само собой разумеющимся, а именно — тепло. Теперь он знал, что Чудовища нуждаются в тепле и обеспечивают его поддержание в собственных домах. Но и люди чувствовали себя в тепле наиболее уютно. Получалось, что потребности людей и Чудовищ во многом совпадают.

Куда он ведет свой крохотный отряд? Они затеряны на совершенно неведомой, а потому опасной территории, и тем не менее у Эрика имелись соображения по этому поводу. Он — Око, а значит всегда должен уметь найти выход, даже если оказывается в неизвестной местности.

У каждого разветвления Эрик останавливался и внимательно осматривался — сначала по сторонам в поисках затаившихся врагов, потом тщательно изучал пол. Пол, пожалуй, был важнее всего. Время от времени он выбирал какой-нибудь туннель, и его спутники следовали за ним, не понимая причин его выбора.

Вся сложность заключалась в том, что на взгляд было невозможно определить то, что искал Эрик, скорее его вела интуиция. И глаза не могли ему ничем помочь. Он ногами нащупывал путь. Он пытался смотреть пятками, взирать стопами, глядеть кончиками пальцев ног. Он впитывал сведения о мельчайших переменах в свойствах пола, о которых говорили ему собственные ноги.

Когда они, наконец, остановились на ночь и приготовились к единственной за день трапезе, Эрик снова углубился в изучение карты. И на следующее утро, перед тем как разбудить Роя и Рашель, он вновь склонился над ней, пытаясь запомнить схему коридоров, от которых они находились еще очень далеко. Проснувшиеся Рой и Рашель взирали на него с полным недоумением.

— Что ты ищешь, милый? — поинтересовалась Рашель, когда после долгого периода размышлений он свернул сначала в одну сторону, потом затряс головой и повернул обратно к перекрестку.

— Я ищу наклон в полу, — объяснил Эрик. — Любой наклон, пусть даже еле заметный. Твой народ известен среди Чужаков и Человечества как обитающий в самых дальних коридорах. Всякий раз, когда Вальтер Охотник за Оружием или Артур-Организатор упоминали о народе Аарона, они говорили, что спускались к нему. Не просто шли, как к другим племенам, а именно спускались. Это единственная примета, которая у меня есть. Для того чтобы добраться до дальних коридоров, нам нужно все время двигаться по наклонной плоскости.