– В дом юного кутюрье, – поправил Стас.

– И отгадай, что мы там сшили?

– Что же, солнышко? Не терпится узнать.

– Новый модный галстук для Стаса, – сообщила Ника, доставая из своей сумочки настоящее произведение искусства. – А в следующее занятие будем делать разноцветные носочки для меня.

– Ухты, – воскликнула Яна. – Какая прелестная вещица. Да это же последний крик моды.

– Однозначно, – согласился Стас. – Буду надевать его по праздникам. Ника у нас просто талантище.

Казалось бы, простая фраза: "Ника у нас...". Но Яну эти слова переполняли от счастья.

Со временем Стас настолько привык к маленькой девочке, что уже практически не мог жить без неё. Со своей стороны он полностью взял на себя негласные права отца, работая над воспитанием подрастающего ребёнка. В каких-то случаях он проявлял строгость, в других же становился мягким и заботливым сотоварищем, прикрывая от мамы её шалости. Иногда Яне даже казалось, что Ника отдаёт большее предпочтение Стасу. Но это не доставляло ей особого разочарования, а совсем наоборот, осуществляло мечту идеальной семьи.

Конечно же, общаясь с Никой и одаривая её проснувшейся любовью, Стас не мог не вспоминать о своей ушедшей из жизни дочери. Особенно печально ему становилось, когда Яна укладывала ребёнка спать. Каждый раз он отчётливо слышал из другой комнаты, как Яна пела колыбельную или рассказывала какую-нибудь историю, выдумывая на ходу.

"Все дети одинаковы, – думал Стас в такие моменты".

Его Вероника тоже любила истории перед сном. Сначала она внимала, как Кристина исчерпывала запас своих сюжетов, а потом бралась сочинять собственную версию услышанного.

Но постепенно Стас заглушил в себе эту грусть, ведь время лечит всё. Тем более его чувства к Яне не переставали расти. И отдача была взаимной.

Покидая уснувшую дочку, Яна посвящала остаток вечера Стасу, с нетерпением ожидавшего свою вторую половинку. Наготове у него нередко был свежезаваренный зелёный чай, интересный фильмец, поставленный на закачку и тёплые любовные ласки, которые обязательно переходили в потрясающий секс. Тогда-то они наслаждались друг другом сполна. Каждая их близость казалось им чем-то божественным, словно они были созданы друг для друга. Как-то Яна даже заплакала от удовольствия, после безумно длительного оргазма.

– Что это с тобой? – удивился вспотевший Стас.

– Сама не знаю, – ответила обессиленная нимфа. – Мне так хорошо, так сладко там внизу. Такого у меня еще не было. Я тебя обожаю, котик мой, просто обожаю.

– А я тебя, мой цветочек, а я тебя.

И это только поддавало жару в кипящий котёл их страсти. Стас настолько проникся чувствами к своей любимой, что не знал уже, чем бы ещё таким её ублажить. Ему хотелось утопить её в радости и упоении.

Конфетно-цветочный период как-то обошёл стороной их отношения, но Стас нисколько не сожалел об упущенном и однажды решил преподнести Яне красивый букет из роз в знак нежности и бесконечной любви. Забрав Нику из садика, он заглянул в цветочный павильон и самостоятельно составил композицию и красных роз и гипсофилы.

Придя домой, Стас поставил букет в вазу, аккуратно подрезав стебли.

– Вот же мама обрадуется, – сказала Ника, втягивая приятный запах ароматных бутонов. – Розы её любимые цветы.

– Как замечательно, – ответил Стас. – Значит, я угадал.

– А мне больше нравятся ромашки. Люблю отрывать от них лепесточки.

Стас вспомнил, как его Вероника забавлялась этим самым занятием. Но не время было впадать в задумчивость, ведь с минуты на минуту должна была появиться Яна.

Звонка в дверь никак не раздавалось, и чтобы не сидеть без дела Стас принялся готовить ужин. Он и не заметил, как стемнело.

"Странно, – подумал он. – Наверное, задерживается на работе. Но она всегда предупреждает в таких случаях. Что бы это могло означать..."

Позвонив ей, он очень удивился, прослушав голос автоответчика вместо гудков. Телефон Яны был отключен.

А когда стрелки часов забежали за девять вечера, Стас начал беспокоиться. Не могла же она сыграть с ним злую шутку. Сделав множество бесполезных попыток дозвониться, он погрузился в полное смятение. Его посещали скверные мысли, и от этого становилось только хуже. Причин для какого бы то ни было безответственного поступка с её стороны он не видел, потому что уже слишком хорошо знал свою вторую половинку. А значит произошло что-то неладное.

Уложив Нику спать, Стас продолжал звонить Яне до глубокой ночи, пока не заснул.

Утром, проснувшись в постели один, он на автомате приготовил Нике завтрак и отвёл её в садик. Он был замкнут и молчалив, несмотря на множество вопросов со стороны маленькой девочки по поводу отсутствия матери. Рабочий день показался ему самым мучительным из всех, которые он когда либо проводил, и в конечном счёте выдался наименее продуктивным. Поэтому после обеда Стас отпросился и поспешил за Никой. Телефон Яны так не заработал и единственное соображение, пришедшее ему на ум, подсказывало связаться с родителями Яны.