Шрифт:
– Бросьте, девочки, – сказала она решительно. – Давайте откровенно. Ведь каждому известно, что все эти мальчики на снимках – плоды… даже не вашего воображения, а просто заложенных в вас программ. А на самом деле…
– Стоп! Программ? Мы что же, по-твоему, роботы?
– Ну, не совсем, однако…
– Мила! – снова вступила в разговор Фея. – Пусть повторит это подругам в расположении – чтобы все слышали, какого она о нас мнения. Все разом. А то ведь ей придется повторять каждой в отдельности, у нее и голоса не хватит.
– Правильно. Пошли. А то я уже опасаюсь, как бы не опоздать.
– Да, – усмехнулась Фея. – Твой благоверный, надо думать, уже минуты считает. И Седя заждался.
– Ох, не говори. Да я и сама…
«Благоверный? Да о чем это они?»
6
Маргина, «Овал», нижний уровень. 18 меркурия
– Ах, мастер ситуаций, – сказал Лен Казус. – Мы просто счастливы видеть вас здесь. Но для полного счастья нам не хватает ясности. Что вы здесь делаете? Каким образом вообще оказались на Маргине? Возможно, возникнут и другие вопросы.
– Я хотел бы прежде всего сесть, – ответил Рогнед. – Лежать на этом камне, скажу откровенно, очень неудобно. Хотя вообще-то тут я чувствую себя даже лучше, чем ожидал. Заявляю: я не вооружен и никакой опасности для вас не представляю.
– Хотелось бы убедиться, – сказал Штель.
– Сделайте одолжение.
Штель без церемоний открыл сумку и ознакомился с ее содержимым. Казус же обыскал лежавшего, показав профессиональное умение. И проговорил:
– Чисто. Вижу, у вас тоже пусто. Ну что же, мастер, можете сесть. Даже встать, если вам угодно.
Рогнед немедленно воспользовался разрешением, не сводя глаз с Казуса.
– Что вы на меня так смотрите? – поинтересовался вызнаватель. – Я вам до такой степени нравлюсь? Или наоборот?
– Никаких эмоций. Просто сопоставляю. Простите, но мне при виде вас делается немного не по себе. Объясню, не дожидаясь вопросов: до сих пор не приходилось встречаться с мертвецами.
– Ах, только и всего? – удивился Казус. – Ну, и каково впечатление?
– Еще один вопрос, уточняющий: кто вы – Лен Казус или его брат-близнец?
– У моих родителей я – единственный ребенок, – сказал Лен.
– В таком случае, кого же убили в… да, в доме Рика Нагора?
– Его и убили. Не меня.
– Странно. А меня между тем уверяли…
– Это уже интересно. Кто, когда? И зачем вы интересовались этой информацией?
– Для того, чтобы быть как можно более в курсе событий – и в мизансцене, и в действующих лицах. Меня убедили, что вы среди них больше не числитесь.
– Кто?
– Некто Горт, представитель Федерального правительства на Неро.
Да-да, предупреждаю ваш вопрос: помимо того что я считаюсь мастером ситуаций, я еще и старший контролер Федеральной службы налогов. Так что у него не было оснований скрывать от меня хоть что-либо: мы с ним дуем в одну дуду. И вы, полагаю, тоже?
– Ну, я к делам фискальным не имею никакого отношения. Я расследую всего лишь убийство Рика Нагора.
– Неприятное событие, – проговорил Рогнед Трим сочувственно. – Однако я на это смотрю несколько иначе: если бы он оставался в живых, мне пришлось бы арестовать его, вслед за чем последовал бы суд и приговор – достаточно болезненный, уверяю вас.
– Что же он такого сделал? – вступил в разговор Штель.
– Всего-навсего создал незарегистрированное, скрытое от властей высокодоходное предприятие – второй рудник по добыче гравина – и достаточно долго не платил никаких налогов ни за пользование ископаемыми, ни с выручки за их продажу…
– Вздор, – сказал Штель. – К этому он не имел никакого отношения.
Он не замышлял ничего подобного и уж подавно не принимал никакого участия в реализации этого замысла. Он лишь, к сожалению, недостаточно контролировал дела своих ближайших сотрудников. А когда начал догадываться, его и приговорили.
– И убили.
– Я сказал: приговорили.
– А откуда у вас, собственно, столь точная информация? Кто вы?
– Меня зовут Штель.
– Вот как! То есть начальник охраны, ближайший советник, соратник, помощник Нагора – кем еще вы для него были?
– Кем бы ни был – налогового управления это не касается ни с какой стороны.
– Как знать, как знать. Штель, это ведь вам он завещал всю свою собственность и деньги?
– Ничего подобного. Он не делал этого – и не собирался. Ему наследует другой человек.