– А не надо воровать мой кофе, - высказалась я.

– Если это можно назвать кофе! Это… это отрава!
– его резко передернуло, и я хихикнула, покачав головой и выливая остаток моего кофе/сливок/отравы в раковину, а потом убирая выбившуюся прядь волос за ухо.

– Есть еще что-нибудь от Барбары?
– спросила я, когда он присоединился ко мне на кухне, убирая пончики обратно в холодильник, чтобы они не испортились. Он тряхнул головой, стуча пальцами по стойке, будто это барабанная установка.

– Она, наверное, избавилась от моего номера, - он пожал плечами.
– Я на самом деле не злюсь, но чувство не из лучших, - он вздохнул, и я подняла на него глаза.

– Если тебе станет легче, то я думаю, что Зак Эфрон сильно изменился в худшую сторону. Я уверена, что он гей. Ну, по крайней мере, ходили слухи, - я пожала плечами. Он усмехнулся и помог мне с тарелками в раковине.

– Будет весело, если они начнут встречаться, а он окажется геем. Она будет унижена, - он покачал головой, улыбаясь и представляя это. Я кивнула, взяв с запястья резинку для волос и убрав волосы назад, чтобы не мешались.

– Думаю, я постригусь. За такими длинными волосами трудно ухаживать, и они постоянно мешаются, - я застонала, приглаживая пряди, которые не поместились в резинку.

– Я думаю, тебе лучше с длинными волосами, - сказал он.
– Они как-то обрамляют твое лицо, не знаю, - он покраснел и пожал плечами. Я еле слышно прыснула и кивнула, положив тряпку для посуды на край раковины, а потом пошла в гостиную и села на стильный красный диван.

Сидела я, наверное, секунды две, и тут в комнату врывается Зейн, на его лице отчетливо читались паника и испуг. Зовите это материнским инстинктом или как хотите, но в уме я уже просто знала, что с Эйми что-то случилось.

Я встала с широкими от страха глазами и ждала, когда он скажет хоть что-нибудь.

– Мы не знаем что не так, но Эйми плохо… - начал он, и Лиам на руках занес мою малышку в комнату. Она брызгала слюной и кашляла, а от паники глаза были красными.

– Ма… - пыталась произнести она, держась за горло. Этого не было уже по крайней мере год, и доктор сказал, что скорее всего у нее больше не будет астмы.

– Не разговаривай, детка, не разговаривай, - повторяла я на удивление спокойным тоном.
– Лиам, отнеси ее в комнату, в моей сумке ее ингалятор, - проинструктировала я, взяв его за свободную руку и практически таща в спальню. Эйми начала плакать, но не издавала никаких звуков, кроме как ужасного удушья.

– Тш, все хорошо, Эйми, все хорошо… - сказал ей Лиам, укладывая на кровать и похлопывая по голове, пока я, словно в бреду, копалась в сумке. Он всегда попадался под руку, но теперь, именно когда он нужен больше всего на свете, я не могла добраться до него.

Остальные из нашей маленькой компании стояли в дверном проеме, а Луи подбежал ко мне, когда я обыскивала все карманы в сумке, но я находилась в такой панике, и мои руки так сильно тряслись, что я не могла даже рыться в ней.

– Давай я, детка, - уверил меня Луи, переворачивая сумку вверх дном. Косметика, салфетки, прокладки, ключи, тампоны и другие вещи посыпались на пол, но я ничуть не смутилась. Мои глаза выискали ингалятор, и я схватила его, усаживая Эйми и прикладывая его к ее губам. Я нажала на кнопку, которая снова наполнит ее легкие.

После глубокой ужасающей паузы Эйми громко вздохнула, закашлявшись и часто задышав. Мои руки онемели, и я приложила ингалятор еще раз, чтобы больше содержимого заполнили ее легкие и она могла дышать нормально.

После той ужасной минуты, когда Луи, успокаивая, гладил меня по спине, а Гарри и Найл вдвоем собирали мои вещи обратно в сумку, Эйми задышала. Она все еще была напугана, и я взяла ее на свои, все еще трясущиеся руки.

– Все хорошо, с тобой все хорошо… - повторяла я, пытаясь убедить и себя и ее.

– Думаешь, нам нужно отвезти ее в больницу? Мне вызвать врача? Ей нужно что-нибудь?
– не переставал сыпать вопросами Найл, на его лице читалась такая же паника, словно она отразилась от меня. Я покачала головой, пытаясь успокоиться.

– Раньше это происходило довольно часто, и доктор сказал, что ей нужно отдохнуть после этого и использовать ингалятор в ближайшие двадцать четыре часа, - продекламировала я. Я все еще прекрасно помню ее первый приступ, тогда она была совсем маленькой, и мы были у стоматолога. К счастью, там под рукой оказался ингалятор.

– Однако, мы должны убедиться, что с ней все хорошо и этого больше не произойдет, - сказал Лиам.
– Нужно, чтобы кто-то проверил ее в скором времени, - я кивнула в согласие.

– Как ты себя чувствуешь, Эйми?
– спросил Зейн.
– Нормально?

– Я хочу к папе, - сказала Эйми. Я прикусила губу.

– Он не здесь, Эйми, ты знаешь об этом, - напомнила я.
– Ладно? Мы уложим тебя, и мама позвонит док…

– Да, он здесь, - настаивала Эйми, кивая. Я нахмурилась.

– Эйми, давай просто успокоимся, - убеждала ее я, гладя по руке. Она покачала головой и показала на Найла.