— Тише, — позвал кобылу Николя.

Та послушно остановилась через пару шагов. Пальцы разжались, и Герда снова соскользнула в снег.

— Жива? — участливо спросил Охотник, подавая руку. Герда с трудом встала и отряхнулась. — Залезай обратно.

Она пролепетала что-то неразличимое себе под нос.

— Извини, не расслышал, — переспросил Николя.

— Я боюсь, — собравшись с духом, произнесла вслух. Охотник нахмурился.

— Пока я рядом, бояться нечего. Если сейчас в седло не сядешь, потом будет гораздо страшней, — буквально силой запихнул ее обратно. — Помни, если что, я тебя поймаю.

Герда затравленно посмотрела на него, набрала поводья и пустила кобылу шагом, заставляя себя снова довериться ей.

— Как я говорил, дело не в лошади. Она прекрасно прыгает. А проблема все та же: ты не можешь расслабиться и двигаться вместе с кобылой. Сейчас ты вообще скукожилась. Так даже галопом не проедешь. Распрями спину, подвинь стремена на носки и, насколько получается, опусти пятки вниз. Да, так хорошо. Теперь вышли лошадь в галоп. Сопровождай движения поясницей. Нет, расслабь плечи и не опускай голову, иначе ничего не выйдет. Вот так хорошо. Поверни к бревну и, когда почувствуешь, что лошадь отталкивается от земли, привстань на стременах и подай руки с поводом вперед.

— Я не смогу сделать все это одновременно! — испуганно ответила Герда, все еще скача по кругу.

— Сделай хоть что-нибудь. Езжай на бревно! — вдруг показалось, что Николя добавил еще какое-то слово, из-за которого тело начало двигаться против ее воли.

Прежде, чем Герда успела сообразить, Яшка уже полетела на бревно. “Я же сейчас убьюсь! Что он там говорил? Привстать на стременах и подать руки вперед?” Пока она пыталась решить, что делать, кобыла уже поравнялась с препятствием. Последовал резкий толчок. Герда едва успела приподняться и вытянуть руки с поводом. Удивительно, но на этот раз никуда не вышибло. Даже равновесие худо-бедно удалось удержать.

— Великолепно! — захлопал в ладоши Николя. — Главное, не волнуйся заранее и не думай, что не сможешь. Прыгни еще раз для закрепления. Когда лошадь поставит все четыре ноги на землю, ты должна отклониться и остановить ее.

Герда выдохнула и коротко кивнула. Все равно не отстанет, пока она не сделает. Теперь уже осознанно направила кобылу на препятствие, изо всех сил стараясь не думать о падении, прислушивалась к движениям животного, чтобы не пропустить момент, когда Яшка начнет прыгать. Ближе, еще ближе, еще самую чуточку. И снова толчок. Встать и подать руки вперед. Копыта ударяются об землю. Отклониться назад. Натянуть поводья. Стоп.

— Молодец, — удовлетворенно улыбнулся Николя. — Можешь уже выдохнуть.

Герда с шумом выпустила из легких воздух. Надо же, от страха забыла, как дышать. Она спрыгнула на землю, надеясь, что так быстрее удастся придти в себя. Повод отпустила, зная, что Яшка смирная и далеко одна уходить не станет. Кобыла подошла окаймлявшим поляну молодым елочкам и, стряхнув с них снег, попробовала мягкие лапки на вкус. Расчистив место на бревне, Герда устало села. Николя подошел и устроился рядом на корточках.

— Ты как?

— Я законченная трусиха.

Он усмехнулся.

— Просто тебе не хватает уверенности. И ты не хочешь расслабиться.

Он встряхнул ее за плечи.

— Ну же. Не сутулься и не прячь голову хоть сейчас. Перестань бояться хотя бы пока я рядом. У меня достанет сил тебя защитить.

Герда прижалась к нему, повинуясь неожиданному порыву.

— А если вас не будет? — печально спросила она.

— Я буду всегда, — усмехнулся Николя, приобняв ее за талию.

Герда тоже не смогла сдержать улыбку. Они вместе засмеялись непонятно над чем и остановились лишь тогда, когда из чащи донеслось трубное ржание. Вдоволь нагулявшись, на поляну вернулся вороной жеребец. Охотник с Гердой встревожено переглянулись. Конь выгнул шею и, широко раздувая ноздри, направился к насторожившейся возле елок кобыле. Двигался он очень зрелищной медленной рысью, высоко задирая ноги и замирая в воздухе на пару мгновений. Яшка повернула голову, красноречиво показывая белки глаз и скаля зубы, но жеребец, казалось, ничего не замечал и продолжал танцевать вокруг нее.

— Ой, что сейчас будет! — испуганно воскликнула Герда.

Жеребец как раз зашел кобыле в тыл и протяжно заржал. Яшка, устав от настырного поклонника, с диким визгом саданула ему по голове задними копытами и со всех ног помчалась к хозяйке, поднимая тучу снега. Жеребец застыл на месте, ошалело тряся мордой. Николя встал и подошел к нему.

— Парень, кажется, ты ее не впечатлил. Попробуй в следующий раз подходить не с тыла, а сразу в лоб, — Охотник весело похлопал коня по шее, чтобы подбодрить, но тот обиженно отвернулся, негодуя, что хозяин шутит над самым светлым его чувством. Николя громко засмеялся. Вот уж от кого любовных страданий никак не ожидалось.

Яшка испуганно ткнулась мордой в руку Герды. Она ласково погладила мохнатый нос, тоже слегка посмеиваясь.

— Поехали домой. Я провожу тебя, — предложил Николя.

Когда они забрались в седла, Герда осторожно поинтересовалась:

— Зачем вы меня провожаете? Снова демоны, да?

— Нет, на этот раз все тихо. Даже слишком. Это настораживает.

— И кто после этого не умеет расслабляться?

— Тут ты меня поймала. Охотничьи привычки. Ремесло накладывает свой отпечаток.