Шрифт:
Ричардсон всегда имела слабость к мужскому парфюму, но когда он идет в наборе с таким мужчиной, то она просто сходит с ума.
– Ты помнишь, о чем я говорил тебе вчера? – Тайлер приподнимает свою темную бровь. От его грубоватого тембра голоса в животе Евы все скручивается тугим узлом.
– И о чем же? – она закрывает дверь и делает несколько шагов вперед, подходя ближе к Тайлеру.
В рубашке кремового цвета, которую она сегодня надела, и темных брюках, хорошо облегающих ее упругую попу, она выглядит безумно соблазнительно, заставляя фантазию Тайлера не на шутку разыграться.
– О том, что я отведу тебя к врачу.
– Прямо сейчас?
– Да, - он кивает. – Именно прямо сейчас.
– Может, потом, - она умоляюще смотрит ему в глаза.
– Никаких потом, иначе я снова закину тебя на плечо, и тогда у тебя точно не останется выбора, - на его губах появляется довольная улыбка. Да, определенно такая перспектива похода к врачу ему нравится намного больше.
– Нет, нет, нет, - Ева быстро качает головой, делая один шаг назад. – Я не хочу устраивать шоу для всей школы с самого утра.
– Хорошо, - он пожимает плечами. – Тогда пошли, - он подает локоть, за который она охотно цепляется.
Им нужно пройти не такое уж большое расстоянии, с которым бы Ева могла справиться сама, но этот упрямый мальчишка не захотел оставлять ее одну. Забота, которой Тайлер окутывает ее с ног до головы, не может не нравится.
– Какая у тебя фамилия?
– Фамилия? – он удивленно приподнимает брови вверх, слегка улыбаясь.
– Да. Просто я совсем недавно осознала, что толком ничего о тебе не знаю. Вот первое, что я решила узнать, - это твоя фамилия.
– Ты права, - Тайлер кивает. – Джеймс, моя фамилия – Джеймс.
– Приятно познакомиться, Тайлер Джеймс, - на лице Евы появляется широкая, счастливая улыбка. – Я – Ева Ричардсон.
– Я знаю.
– Знаешь?
– в ее голове слышно неприкрытое удивление.
– Да, Ева, я многое о тебе знаю.
– Ладно, не буду тебя спрашивать о том, откуда ты все это знаешь, - она быстро облизывает свои пересохшие губы. – Перейдем ко второму вопрос: сколько тебе лет?
– Двадцать, а тебе девятнадцать, - он самодовольно улыбается.
– Так нечестно, - Ева обиженно дует свои губы, словно маленький ребенок.
– Все честно, детка, - Тайлер слегка ударяет кончиком большого пальца по ее носу.
Подойдя к больничному крылу, он быстро приоткрывает дверь, пропуская Еву внутрь. Она благодарна ему улыбается и заходит внутрь.
– Здравствуйте, - женщина приветливо улыбается им обоим. – Что у вас случилось?
– Ничего особенного, просто…
– Как это ничего особенно? – Тайлер серьезно смотрит в глаза Евы. – Она подвернула ногу, посмотрите, как она опухла.
– Тайлер, - она укоризненно смотрит на него.
– Садись сюда, милая, - врач указывает на кушетку слева от себя.
Тайлер помогает Еве аккуратно сесть на нее, потом кладет ее ногу на кушетку, как велит врач.
– Снимите обувь, пожалуйста, - женщина надевает очки.
Ева тянется, чтобы снять туфли, но он опережает ее, аккуратно, стараясь причинить как можно меньше боли, снимает их. Он на секунду застывает, засматриваясь на ее красивые пальчики с ярко-красным педикюром.
Врач берет в руки ее ногу, осматривая.
– Здесь болит? – она надавливает на нее.
– Да, - Ева издает болезненный стон, хмуря брови.
– Здесь? – врач давит в другое место.
– Больно.
– Хорошо, понятно, - женщина садится за свой стол, начиная что-то быстро записывать. – У вас небольшой вывих.
– И что это значит? – Ева волнительно кусает свои губы.
– Я пропишу вам мазь, также вам нужно быть какое-то количество времени постоянно заматывает ногу эластичным бинтом, - дописав, доктор протягивает ей листочек. – Здесь название лекарства, которое вам нужно купить.
– Мне можно заниматься?
– Спортом? Ни в коем случае, - женщина качает головой. – Физические нагрузки вам противопоказаны в ближайшие две недели.
– Но мне нужно ежедневно заниматься балетом, я не могу пропускать тренировки, - голос Евы волнительно дрожит.
– Придется вам отдохнуть, другого выхода нет.
– Но мой тренер, она же меня убьет.
– Не убьет, я все объяснила в записке. Она должна войти в ваше положение.
– Должна, но не войдет, - Ева быстро качает головой из стороны в сторону. – Что же мне теперь делать? – она накрывает лицо руками.