ТЕМНЫЙ. Тем не менее ты вступила с ним в преступную связь, о чем мы сейчас же расскажем Грифону.

ЗЕНОВИЯ. Замолчи, глупец!

КАРЛ. Наш друг Темный лишен такта. К тому же бедняга потерял всякую способность отличать реальность от сна. И в нашей игре он правдоподобнее всех, счастливчик, слепо несущий несчастье остальным. Я уж не помню, убьют ли его. Да и какая разница... если и убьют, то слишком поздно, он успеет, глядишь, обрести бессмертие. А пока зови, зови своего Джиду, и пусть он откроет глаза недоверчивому Грифону.

ТЕМНЫЙ. А вот иДжида.

Появляется Джида.

ГРИФОН. Ты легок на помине, Джида.

ДЖИДА. Я знал, что вы ищете встречи со мной. Я был тут неподалеку.

КАРЛ. Это все козни Темного, его дьявольская выдумка.

ДЖИДА. Но я-то не выдумка. Может быть, для вас одно это уже повод ненавидеть меня. Пусть так. Только меня, однако, утешает соображение, что имеются и более основательные причины, и быть иначе не может, поскольку я - фигура, личность, я... ого-го!..

КАРЛ. Ты в силе, кто же спорит, и тебя ненавидит весь город.

ДЖИДА. Не просто в силе, это слабо сказано, Карл, нет, я в расцвете сил и талантов, понимаешь?

КАРЛ. Когда-нибудь тебя непременно вытолкают отсюда взашей.

ДЖИДА. А тебя не вытолкают? Ты уже давно под подозрением, на тебя косятся, ты слишком много болтаешь, а кому это понравится? Тебя в конце концов отправят на свалку.

КАРЛ. Видишь ли, Джида, если бы не свора твоих детишек, которых мне от души жаль, я бы давно сделал все, чтобы тебя отправили куда подальше.

ДЖИДА. Ты? А кто ты такой? Простая пешка...

КАРЛ. Ты плохо меня знаешь. Зато ни для кого не секрет, какие зловония исторгает твоя пасть.

ДЖИДА. Протестую! К исторической судьбе нашего города и его будущему это не имеет ни малейшего отношения. Это мое личное дело.

ГРИФОН. Изумлен и рад, подумать только, у тебя завелось личное дело! Но объясни, Джида, зачем тебе понадобилось еще и вторгаться в мою тихую, почти эфемерную семейную жизнь? Вот ты довел меня до такого состояния, что мое сердце обливается кровью, как только подумаю, что моя жена, возможно, вступила в связь с тобой. Зачем ты это сделал, мерзавец?

ЗЕНОВИЯ. Не ломай, Грифон, комедию.

ГРИФОН. Как, и ты, Зеновия, и ты не веришь мне?

ЗЕНОВИЯ. Скажи еще, что я предала тебя.

ГРИФОН. А разве нет? Ты заодно с Карлом и Джидой.

КАРЛ. Это уже переходит все границы. Ты юродствуешь, Грифон. А тебе ли не знать, что Зеновия реалистически смотрит на логику вещей и не желает потакать твоим прихотям.

ТЕМНЫЙ. Одну твою прихоть мы уже удовлетворили - вытащили на свет Божий Джиду. Этого вполне достаточно.

ДЖИДА. Сдается мне, что вы крепко заблуждаетесь... либо забыли... либо постарались забыть, какой выход на свет Божий мне еще предстоит.

КАРЛ. Не обольщайся, дружище, этот выход не увековечит твое имя.

ДЖИДА. История рассудит.

КАРЛ. История! Ха-ха! История!

ГРИФОН. Однако пора начинать. Не хватит ли тянуть резину, господа?

ТЕМНЫЙ. Итак, Джида, признаешь ты, что сделал своей любовницей Зеновию, невесту и без пяти минут жену Грифона?

ДЖИДА. Да. И я никогда не скрывал этого.

КАРЛ. А Джинет сказал бы "нет".

ДЖИДА. Джинет - остолоп, обалдуй, осел, мне плевать на все, что бы он ни сказал.

ЗЕНОВИЯ. Джида нагло соврал. Ложь, жестокая, злая, губительная ложь! Мерзкий, ты намеренно лжешь, чтобы у Грифона от горя помутился рассудок и это погубило его.

ДЖИДА. Я прощаю тебе твою дерзость, женщина. Понимаю, тобой движет страх перед потенциальным женихом, но, дитя моя, чего тебе бояться, если я рядом? Наберись храбрости и в полный голос объяви, что любишь меня.

ГРИФОН. Слушаю тебя, Зеновия. Готов услышать и самую страшную правду.

ЗЕНОВИЯ. Не верь ни единому слову этого прохвоста, Грифон.

КАРЛ. Послушай, Зеновия, не лучше ли и впрямь объявить, что ты любишь Джиду, и тем самым покончить с этой мучительной сценой?

ДЖИДА. А ты не торопи ее, Карл. Пусть она хорошенько все взвесит.

КАРЛ. Мы говорим на разных языках, Джида. Обращайся к Темному, он тебя поймет.