От лица Ронни.

Услышав, как забавно спорят Тайлер и Джейн на кухне за кружкой чая, я лишь улыбнулась, решив пока не рушить их идиллию. Уверена, Пози уже давно хочется остаться с ней наедине и не думать о страхе перед неизвестными существами, а спокойно поговорить, даже пускай о такой ерунде, как высадка растений. Думаю, Тайлер в этом совершенно не разбирается в отличие от Рид, которая с детства возится в саду, помогая бабушке. Мне нравится то, как медленно парень пробирается в доверие. Он не старается излишне много улыбаться, как Коди. Тайлер просто остается собой, ведь именно таким его должен был помнить О’Брайен и должна была любить Джейн. Я безумно рада такому продвижению.

А главное, что парень не жалуется на трудности, а медленно, но верно движется к своей цели.

Поднимаюсь обратно в свою комнату, невольно задержавшись у двери комнаты Дилана. Тишина. Скорее всего, забил на школу и снова лег. Вхожу в комнату Карин, которая временно принадлежит нам с Джейн, и оставляю дверь открытой. Утром я могу дышать полной грудью, поэтому спокойно шагаю к комоду, чтобы переодеться, но рука тянется не нижнему ящику, а к верхнему. Выдвигаю наполовину, встретившись взглядом с фарфоровой куклой, которая молча смотрит в ответ, сверкая своими стеклянными глазками. Хмурюсь, коснувшись пальцами ее теплого личика, и с ужасом понимаю, что это странно. Странно, что неживое такое горячее. Моргаю, напряженно сжав зубы, и делаю шаг в сторону, желая закрыть ящик, но вздрагиваю, когда ловлю себя на панической мысли, что зрачки куклы скользнули за мной. Что за…

Громко задвигаю ящик, с дрожью в животе выдохнув. Бред…

Грохот.

Оборачиваюсь, испуганно взглянув в сторону коридора, и слышу стон, поэтому не раздумываю, бросаясь прочь из своей комнаты к двери комнаты О’Брайена. Распахиваю, замерев на пороге. Широко распахнутыми глазами, полными напряжения, смотрю на парня, который пытается подняться с пола, но его трясущиеся руки не разгибаются. Он ложится на бок, сжимая пальцами голову, и мычит, хрипло ругаясь матерными словами.

— Джейн! — Кричу, кидаясь к Дилану, и хватаю его за руки, пытаясь заглянуть в лицо. — Эй! Что с тобой?! — Дилан вертит головой в ответ, поэтому повторно зову Рид, пытаясь помочь парню сесть. Кажется, вот-вот — и он зарыдает от боли, но держится, кусая губы. Пальцами сдавливает виски, закрывает уши, словно желая изолировать себя от шума.

Слышу быстрые шаги. В комнату первым вбегает Тайлер. Он тормозит на пороге, озадаченно смотрит на нас, явно не зная, что происходит. Джейн показывается за его спиной, и толкает парня рукой, подскакивая ко мне:

— Что произошло?! — Кричит, ведь атмосфера паники и растерянности проникает в нее, мешая контролировать эмоции.

Я не знаю. Понятия не имею. Лишь качаю головой, держа парня за мокрое лицо, чтобы он прекратил биться головой о паркет. Джейн обращается к Пози:

— Помоги поднять его!

Тайлер хмуро соглашается, мысленно находится не здесь, будто… Понимает, что с ним, но у меня нет времени расспрашивать. Мы втроем поднимаем парня на ноги и помогаем ему забраться на кровать. Дилан сжимает веки, начиная быстро дышать, кашляет, пару раз бьет себе по голове, словно внутри нее что-то скребется. Грубыми от дрожи движениями глажу его по мокрому лбу, забравшись на кровать коленями.

— Я поищу успокоительное, — Джейн выбегает из комнаты, а я сглатываю, обращаясь к Пози:

— Принеси таз с водой, тряпку и полотенце. У него, кажется, жар, — проглатываю половину слов, взглянув на Тайлера, который сжимает губы, промолчав. Он что-то знает?

Парень выходит из комнаты. Остаюсь с Диланом. Он больше не вертится, как безумный, лежит, по-прежнему сжимая голову руками. Быстро дышит, словно у него припадок.

— Эй, — шепчу, садясь позади него. Дилан лежит ко мне спиной, медленно успокаиваясь. Убираю влажные волосы с его лица, глажу по плечу, и наклоняю голову, заглядывая в лицо парня. Он все еще сжимает веки и губы. Боль. Морщусь, сильнее растирая его плечо, будто только таким образом могу дать ему понять, что я рядом.

Что с ним? Почему он так отчаянно закрывает уши ладонями? Будто слышит то, что мы не имеем способность слышать.

***

Сколько прошло времени? Час-два? Может, сутки?

Он не знал. Он быстро шел по длинному коридору, сворачивая то за один угол, то за другой, порой вовсе теряясь в темноте. Бледный, какой-то синий свет падает на его лицо сверху, мешает глазам видеть все четко из-за ярких бликов и темных пятен. Дилан продолжает шагать вперед, часто оглядываясь назад, но не всем телом разворачивается, а лишь головой, бросая взгляд во мрак, что заметно увеличивается позади. Подкрадывается, скрывая в себе нечто жуткое, от вида которого сердце парня остановится. О’Брайен может потерять рассудок, но он успокаивает себя тем, что может дышать спокойно. Слышит, как давление в висках скачет, отдаваясь болью в макушке, и сжимает пальцами запястье, чтобы посчитать пульс — удары сердца. Хмурится, резко останавливаясь, опускает голову, смотря на свою руку, и делает глубокий вдох, понимая.

Его сердце замерло.

Сухое горло сдавливается от морозного воздуха. Дилан пускает пар, видя, как волоски на руках встают дыбом, а от тихого шепота, что эхом несется по длине коридора, низ живота скручивает.

Он понимает, что Она говорит.

«Впусти меня», — мужские, женские, детские голоса — всё смешивается в единую отвратительно жуткую какофонию из звуков. О’Брайен поднимает голову, с опаской обернувшись. Пристально смотрит в темноту за спиной и понимает. Темнота смотрит в ответ. Опускает руки, считая каждый свой вдох, словно боясь, что в какой-то момент способность втягивать в легкие кислород пропадет. Стоит полу боком, всматриваясь, пронизывается тишиной, после чего вновь слышит нечеловеческий голос, но уже в своей голове.