Рассмотрев за рулем грузовика что-то жующего водителя, лениво откинувшегося на сидении, Марк, дернулся, как от удара и, кровожадно ухмыльнувшись, подошел к водительской двери. Резко дернув ее на себя, он резко сдернул сального, заросшего мужика в спецовке из-за руля и, не обращая внимания на его возмущенные выпады, доволок его до дорожного знака, приложив его к металлическому шесту, на котором тот висел.

– Ты ведь получал права, верно, уважаемый? – прогрохотал ему на ухо Марк, стискивая руки на его спецовке и сильнее вжимая его в прохладный металл, - Что означает этот знак?

– Пппарковка ззапрещщена, - заикаясь, ответил неудачливый водитель.

– Так какого ж ты черта умудрился, родной? – мягко спросил брюнет, отшвыривая его в сторону грузовика.

Мрачно наблюдая, как испуганный мужик пытается как можно быстрее сдвинуть с его дороги свой тарахтящий и чихающий грузовик, Марк достал телефон и набрал телефон Алисы. Длинные гудки спустя полминуты окончились сбросом вызова, а последующий звонок возвестил о том, что ее сотовый отключен. Сделав еще один звонок подруге шатенки, он услышал болезненный голос неотошедшей от перепоя брюнетки.

– Кат, где находится офис Нарыкова?

«Марк, ты куда подорвался-то? Наташка в печали…»

– Кат, - перебил ее сероглазый, четко вычленяя каждое слово, - Мне нужно знать, где находится офис Нарыкова. Куда обычно ездит Алиса?

«Да хрен ее знает, у него этих офисов… - протянула девушка в трубку, - Кажись, на Литовскую 7 обычно ездит. А что случилось-то?»

Убедившись, что дорогу ему освободили, брюнет направился по указанному адресу, но, обнаружив в кабинете блондина следы недавней свары, саму Алису и хозяина кабинета не застал.

– Где же ты!? – сжимая в ладонях пульсирующую болью голову, задавал вопрос Марк, сидя в машине.

========== Часть 39 ==========

Сойдя на нужной остановке, Алиса с дергающимся и оглядывающимся по сторонам Яром, вяло переставляя ноги, поплелась к дому, предварительно все же заглянув в магазин, чтобы купить продуктов на три голодных рта и пластиковый контейнер своего любимого шоколадного мороженого, о котором она начала мечтать сразу после приема успокоительного. Ее штормило, дико хотелось спать, но при этом самочувствие девушки стабилизировалось, и ей было уже глубоко наплевать на то, что произошло с ней буквально пару часов назад. В конце концов, все ведь обошлось, да и травмированное плечо после приема Пенталгина почти не беспокоило.

Не в пример спокойствию Алисы, ее кареглазого спутника в этот момент ощутимо потряхивало. Глядя на идущую рядом с ним шатенку, он поражался, что после событий сегодняшнего дня она так быстро оклемалась и чуть ли не насвистывала себе песни под нос, приближаясь к подъездному крыльцу. А вот ему было не радостно. За всю свою жизнь он испытывал разные чувства по отношению к брату: от нежной братской привязанности и любви до жгучей ненависти, сейчас же он боялся - боялся больше даже не за себя, а за тех, кто как Алиса мог привлечь Марка или отнять его избранницу.

Как обычно это бывает среди близнецов, Марк родился крепким и здоровым ребенком, а Яр, не в пример ему, слабым и болезненным. Глядя как его брата обижают сначала в детском саду, а затем в начальных классах школы, Марк не отсиживался в стороне, а жестоко наказывал обидчиков Яра, превращая детей из избалованных чадушек, самоутверждающихся за счет давления на слабых, в собственных врагов. С возрастом ситуация изменилась. Чувствуя себя никчемным неудачником под постоянной защитой и опекой брата, Яр начал его ненавидеть. Незаметно для себя он окреп, ушли и детские недуги, а жизнерадостность и открытая улыбка стали собирать вокруг него все больше друзей и знакомых. Но Марк почти не изменился, оттачивая зачастую в одиночку свой ум, он оставался мрачным «хранителем» своего брата, который в защите уже не нуждался, а его вечные стычки со сверстниками стали скорее нормой и правилом, чем исключением. Отец с матерью с тревогой наблюдали за жизнью своего старшего сына, прививая ему любовь к музыке и оказывая по мере сил поддержку. Все же больше всего переживал за него отец, как оказалось не зря.

В старших классах Марк впервые влюбился. Стройная, красивая белокурая девочка из параллельного класса сама привлекла его внимание к своей персоне. Тут-то и проявились первые признаки скрытого безумия, по наследству передавшегося сероглазому от отца, но многократно усиленные его образом жизни и предыдущим опытом по «защите младшего слабого брата». Не зная, как выразить свои чувства, он, казалось, преследовал свою избранницу, доводя ее до нервных срывов и паники. Навязчивый страх за нее не позволял разделять тех, кто искал с ней общения на «врагов» и «друзей». В своей опеке он просто наказывал всех представителей своего пола за малейшее прикосновение к своей девочке, а в случае, если видел, как кто-то обижал ее – жестоко карал. Не видя ее возле себя, сероглазый терял почву под ногами и заходился в панике, а находясь с ней рядом, не хотел отпускать и безмерно желал.

Осознав, что Марк может служить ей в роли «сторожевого пса», осмелевшая стервочка иногда подначивала наказать ее старых врагов или просто неугодных. Проследив однажды за братом, Яр увидел, как тот избивает на крыше местного авторитета, в кровь рассаживая его лицо. Впервые в жизни он так взбесился, памятуя все прошлые обиды и недопонимания между ними. Злость и ярость ослепила кареглазого и, с криком бросившись на брата, тот, не сознавая, что делает, попытался сбросить его с крыши. Обладая хорошей реакцией и вовремя не сумев рассмотреть, кто кинулся на него, Марк, крутанувшись на месте, заставил полететь за переборку самого Яра, но за долю секунды сумел исправить ситуацию и вытянуть того обратно на площадку крыши.