Выражение лица у старого солдата было крайне недоверчивое, а его взгляд и того хуже - не сулил ничего хорошего.

 Изучив изодранные лохмотья и усталые, грязные лица, седой ветеран нахмурился. Он вполне мог счесть девушек бродяжками или попрошайками и выставить вон, что он, кажется, и собирался сделать. Неожиданно для Элиссы, уже обдумывающей запасной вариант, положение спасла Хэли. Осенив стражников знамением Альтоса, девушка лучезарно улыбнулась им и произнесла:

– Спасибо, что открыли нам, да продлит Отец ваши дни. Мы и представить не могли, что будем делать посреди ночи и холода, если вернутся волки. Но Альтос услышал наши молитвы - мы увидели факелы во тьме и этот свет привел нас ко спасению.
– Подойдя ближе, она легко коснулась руки ветерана и, склонив голову, добавила, - До конца наших дней, мы будем молиться о ваших душах.

 Прежде чем солдаты успели хоть что-то сказать, Хэли без запинок начала читать молитву о здравии, не забывая дрожать всем телом и шмыгать носом.

– Береги силы, сестра, - приобняв девушку сзади, Элисса шепотом добавила: - Молодец, но не переигрывай.
– Вслух же она произнесла:

– Мы не богаты, но готовы заплатить пошлину за вход в славный город Сафрас, - пока воровка шарила по поясу, ее руки показательно дрожали.
– Нам главное попасть за стены, подальше от волков...

– Ну... это...
– старый ветеран явно смутился и теперь в его взгляде проскользнула столь непривычная бывалому вояке жалость.
– Не нужно денег, - он покосился на стоявших рядом стражников и те согласно кивнули, опустив арбалеты.
– Вы можете войти, - смилостивился он, подумав, что городу, полному всякого отребья, не будет вреда от двух девушек, даже если они не те, за кого себя выдают.

– Сердечно благодарим вас, - поклонилась Элисса, молча порадовавшись тому, что в ее копилке облапошенных наивных мужчин прибыло.
– Добрые дела угодны Альтосу и он никогда не оставит тех, кто творит угодные Ему поступки.
– Она легонько подтолкнула старательно читающую молитву Хэли к двери.

– Мы, как верные слуги Альтоса, просто не можем не помочь нуждающимся, - закивал седой стражник.
– Моя внучка прислуживает в центральном храме, и вы на нее похожи, - он почти с отеческой заботой взглянул на Хэли.
– Пропустив девушку вперед, ветеран жестом попросил Элиссу приблизиться и спросил:

– Вы ранены. Хотите, мы позовем нашего лекаря?

– Нет, благодарю, но моя рана не представляет ничего серьезного, простой ушиб, - Элиссе вовсе не хотелось надолго задерживаться у ворот.

– Как пожелаете, - не стал спорить ветеран и понизил голос еще больше.
– Я не хотел говорить этого при вашей сестре, ее разум слишком юн и хрупок, что принять такое. Но вы должны знать - днем прибыл гонец с мрачными вестями.

– Каким же?
– изобразив испуг и прикрыв приоткрытый рот узкой ладонью, спросила Элисса.

– Монастырь святого Скелоса предан огню и мечу, - скорбно опустив взгляд, поведал ветеран.
– Какие-то бездушные твари разграбили его. Солдаты прибыли слишком поздно. Мне жаль, но вы должны сообщить эту весть своей сестре... только как-нибудь помягче.

– Какой ужас, - закрыв лицо руками, Элисса покачала головой.
– Мы с сестрой должны помолиться за покой для душ благих сестер, что верой и правдой служили Альтосу.

– Я вас понимаю, - серьезно кивнул ветеран.
– Мои парни проводят вас до ближайшей приличной таверны, где вы сможете отдохнуть.

– Спасибо вам. Спасибо вам большое, - поблагодарила мужчину Элисса, оставляя его за спиной и, вместе с Хэли и двумя стражниками, уходя от ворот по пустынным ночным улицам.

* * *

 Сафрас считался относительно спокойным городом, за исключением пары другой неблагоприятных районов, в которые лучше было не заходить без крайней нужды и после захода солнца. В остальном же, город был не таким суетливым и шумным, как столица или Кирлинг, но и не тихим захолустным, как расположенные на отшибе королевства поселения. Жизнь здесь протекала тихо и мирно, переходя изо дня в день размеренным шагом, немного подгоняемая свежим речным ветром.

 Оживленных места в Сафрасе насчитывалось всего два - базарная площадь да порт. Первая разве что не трескалась от людей - сюда приезжали жители окрестных деревень, чтобы продавать то, чем жили их поселения: шкуры, травы, мясо, молоко и разнообразные поделки наподобие плетеных корзин или ярко размалеванных выструганных из дерева игрушек.

 В порт же ежедневно заходили торговые корабли и великое множество рыбацких лодок. Разумеется, местный порт ни в какое сравнение не шел с портом Кирлинга, но и сюда, бывало, заглядывали желающие продать редкий в этих местах товар.

 И так вышло, что самыми неблагополучными оказались южный и западный районы Сафраса, где находили приют заезжие торговцы, случайные путники и бравые моряки, многие из которых любили выпивку и добрую драку. Впрочем, желающих почистить карманы перебравших посетителей питейных заведений здесь водилось в избытке, и они непременно обратили бы внимание на двух припозднившихся девушек, не будь с теми пары городских стражников.

 По мнению Элиссы глазевшие на нее мужчины в кирасах стражи не являлись искусными воинами, таких, как правило, не ставят в ночной караул на ворота. Но и этих провожатых хватило, чтобы таящиеся в подворотнях работники ножа и топора не покусились на столь соблазнительную добычу, в виде двух беззащитных девушек. Иметь дело с городской стражей никому лишний раз не хотелось. Ведь если что-то произойдет с кем-то из гарнизона, то солдаты сразу же перевернут весь город вверх дном и не успокоятся, пока не повесят пару-тройку подозреваемых.