Одним из распространителей был подросток. Он работал за дозу. Мы арестовали товар. Он как раз сидел на складе, охранял коробки с видеоматериалами. Я допросил его. Но это был не совсем обычный допрос. Дима так и не назвал имен своих работодателей. Зато мы потратили много времени на пространные разговоры о потерянном поколении 90-х и проблеме отцов и детей. Я отпустил парня домой, и он повесился на простыне у себя в комнате. Ломка его доконала.

— Вы не можете его забыть?

— Это моя беда. Я никогда ничего не забываю.

— Я помогу вам, — сказал Денис. — Я готов работать «крысой». И даже подпишу бумагу, что всю ответственность беру на себя.

— Не дури. Пожалей мать.

— У вас нет другого выхода. Кузнецов вам помогать не хочет. Сослуживцы заняты… раскрываемостью. С вами только я — единственный человек, видевший вас в минуту слабости.

— И теперь ты решил меня шантажировать? — Спирин сел, обхватил голову руками.

Он молчал. Молчание длилось нестерпимо долго.

— Да! — Капитан встал, тряхнул головой. — Я отвезу тебя домой. Потом в отделение. После совещания позвоню и мы обсудим твое предложение.

— И обсуждать нечего. Я сделаю то, что задумал — с вами или без вас.

Помолчав, Денис добавил:

— Мы должны спешить. У меня дурное предчувствие.

Они вышли из дома. Спирин хотел повесить на дверь замок, но они с Денисом переглянулись и оба рассмеялись, вспомнив железную дверь Людмилы. Безопасности не существует! Кто захочет проникнуть в дом и ограбить его — проникнет и ограбит, хоть рой вокруг дома ров и запускай туда аллигаторов.

«Зачем же я все-таки суюсь в пекло? — подумал Денис, когда они со Спириным направлялись к машине. — Наверное, я просто ищу смерти. Хочу отправиться в могилу вслед за Настей. И на моей могиле оставят рюмку водки, печенье и конфеты».

Они сели в машину. Через дорогу от дома капитана на тротуаре стояли две девочки. Одна из них держала в руке планшет, и они обе смотрели на нем видеоролик, почти соприкасаясь лбами. Судя по тому, как девочки то и дело разражались визгливым, злым смехом, они смотрели какую-то мерзость, от которой нормальный человек заплакал бы.

Мальчик шел по улице, погруженный в свои мысли. Мимо прошли две женщины. Они обсуждали порнофильм. Их разговор заставил его оглянуться.

— Короче, ее там вдвоем пользуют, потом она берет в рот…

Мальчик проводил их долгим взглядом. Женщинам было лет под тридцать, обе в обтягивающих джинсах. Мальчику недавно исполнилось одиннадцать. На его взгляд, женщины были очень даже ничего. Наверное, взрослый мужчина сказал бы то же самое.

Женщины, почувствовав взгляд, выпрямили спины и завиляли бедрами. Но, оглянувшись, увидели пацана и расхохотались.

Мальчик, решив, что понравился им, пошел дальше с глупой улыбкой на лице.

Он был полным и краснощеким. Леша Григорьев, одноклассник Тани, младшей Настиной сестры. Именно ему Таня обещала поцелуй, а в скором времени — секс.

Он бесцельно бродил по улицам города, томимый смутными жгучими желаниями, в которых взрослые боятся себе признаться. Но дети в них полностью отдают себе отчет.

Полгода назад мальчик открыл для себя новый захватывающий мир.

Они с другом пришли в гости к однокласснице, которая была старостой их класса. Девочка училась второй год и была на год старше остальных. Ее формы уже почти развились. Она спала с взрослыми мужчинами.

Одноклассница поставила им диск с «эротикой». Это было не ванильное порно, которое любят женщины, а одно из тех «произведений искусства», где гениталии актеров показывают сверхкрупным планом чаще, чем лица.

Оба мальчика были ошеломлены, восхищены, шокированы. Пока они, не отрываясь, таращили глаза в экран, девочка спокойно пылесосила ковер в соседней комнате.

Потом все трое, как ни в чем не бывало, сидели на кухне и пили чай. Девочка угостила друзей шоколадными конфетами, которые ей дарили ухажеры — коробками с этими конфетами у нее была завалена вся комната. Все трое злословили об одноклассниках и весело смеялись. Оба мальчика делали вид, что не увидели сегодня ничего нового, и им такие зрелища не в диковинку.

Мальчики шли домой вместе, и по дороге дали волю эмоциям. Они были готовы бесконечно обсуждать то, что увидели. Они будто заново родились.

После этого оба, не сговариваясь, начали использовать свои ноутбуки и планшеты не только для общения в чатах и компьютерных игр.

Они скачивали порноматериалы из Интернета тоннами. Просто бредили этим новым миром, который воспринимали как реальный.

Даже ночью, когда Леша ложился в постель и закрывал глаза, в его сознании мелькали кричащие заголовки.