В ответ Бенни ослепительно улыбнулся и исчез за дверью. Болан с минуту смотрел на рыдающую девушку, затем снял телефонную трубку и набрал номер Карла Лайонса.

— Я рад, что вы позвонили, — с облегчением вздохнул Лайонс. Я уж и сам собирался связаться с вами. Вы просили меня провести расследование по делу смерти Чарльза Д'Агоста. В различных досье комитета Конгресса по борьбе с организованной преступностью имеется более дюжины писем, свидетельствующих о его связях с преступной империей Джулиана Диджордже. Лу Пена был тем человеком, который…

— Подождите, — попросил сержанта Болан. — Расскажите обо всем заинтересованному лицу.

Он встал, поднес телефон Андреа и приложил трубку к ее уху.

— Попросите повторить сообщение.

— Повторите, пожалуйста, — послушно прошептала девушка.

Через пару секунд она сама взяла аппарат в руки. Болан достал сигарету и закурил. Выслушав рассказ полицейского до конца, Андреа отдала телефон Болану, поблагодарила его, привела в порядок одежду, растрепанные волосы и вышла.

С телефоном в руке Болан уселся в кресло Диджордже.

— Что там у вас происходит? — спросил Лайонс.

Болан чувствовал себя совершенно опустошенным.

— Да так, небольшая чистка. Скажите этому… как его… э-э… Броньола, кажется? Пусть забудет. Я свалял дурака.

— Насчет прикрытия?

Болан вздохнул.

— Все кончено! Диджордже мертв, его семейство практически перестало существовать. В настоящий момент они в парке дружно добивают друг друга. Советую вам направить сюда батальон пехоты, чтобы взять под контроль местность. Настоящий бум начнется тогда, когда они поймут, что наделали. Может быть, вам еще удастся что-нибудь собрать.

Детектив удивленно присвистнул и пробормотал:

— Думаю, нам не удастся «заштопать» ваше прикрытие. Я имею в виду…

— Никаких шансов. Время от времени дураков можно обводить вокруг пальца, но… я соберу все, что есть интересного в кабинете Диджордже и перешлю вам. Это будет мой последний подарок. Ну, а мне нужно быстро исчезнуть. Эй… Лайонс, спасибо за все.

— Оставьте документы где-нибудь в камере хранения, а ключ перешлите мне. Многие среди нас благодарны вам, Болан. Только, увы, не все!

— Понимаю.

Болан положил трубку, достал из нижнего ящика стола атташе-кейс и стал набивать его различными бумагами и папками, принадлежавшими покойному капо. Захлопнув кейс, он подошел к двери, обернулся, в последний раз обвел взглядом логово мертвого Диджа и вышел в коридор.

Он нашел Андреа у бассейна. Она рассеянно смотрела на труп, плававший в голубой воде.

— Хотите уехать со мной? — спросил Мак.

Девушка скованно улыбнулась.

— Куда?

Болан равнодушно пожал плечами.

— Не все ли равно?

Она кивнула и вложила руку в его широкую твердую ладонь. Болан подвел ее к новому «мерседесу», усадил, сам устроился за рулем и завел двигатель. В молчании они подъехали к дверям. Охранник, которого Болан назвал Эндрю Харди, посмотрел на Андреа Д'Агоста и заговорщически подмигнул Болану. Его правая рука была перевязана окровавленным платком. Эндрю нагнулся к открытому окну «мерседеса», опираясь на крыло здоровой рукой.

— Хорошая работа, а, Фрэнки?

— Да. Передай Бенни, что я позабочусь о девчонке. Пусть присмотрит за всем до моего возвращения.

— Можешь не беспокоиться о Бенни, — ответил охранник.

Болан кивнул головой и дал газ. Под визг колес они вылетели из ворот и покатились по аллее, ведущей к шоссе. Болан подумал, что Миролюбивый Бенни пока не догадывается, до какой степени ему бы стоило побеспокоиться о самом себе. Семейный суд относительно быстро вынесет свое решение по событиям сегодняшнего дня. Болан почувствовал нечто вроде жалости к «повстанцам», но тут же подавил в себе эти эмоции. Он увидел этих подонков в их истинном обличье: все они — будущие Лу Пена. Мир обойдется без них.

Когда машина сворачивала на шоссе, Андреа бросила через плечо короткий взгляд назад, вздрогнула, словно от озноба, и придвинулась к Болану.

— Я не знаю, кто вы, — заговорила она, — но вы словно провели меня через чистилище.

Болан улыбнулся ей.

— Знаете, чтобы выйти из чистилища, есть два пути.

— Каким же путем пойдем мы? — шепотом спросила Андреа.

Болан не мог ответить на ее, в общем-то, простой вопрос. Но он уже знал путь, которым, скорее всего, ему суждено пойти. Этот путь был уже знаком ему — жизнь тени в мире теней. Жизнь, которая обретала свой истинный смысл только тогда, когда текла кровь. Болан знал свой путь. Он обнял Андреа за плечи и привлек к себе.