Наблюдая за полетом холодных снежинок, я почувствовала спокойствие в теле и сонливость. Чтобы окончательно не заснуть, пришлось встать и двинуться дальше. Когда я встала на ноги, то почувствовала легкое головокружение и неведомую эйфорию от спиртного. Мне показалось в этот момент, что я горы могла свернуть. Мимо меня по коридору проплыла ненавистная фрейлина Исгерд. Она бросила на меня взгляд полный ненависти и спряталась за поворотом. Куда она намылилась в столь поздний час?

Я улыбнулась собственным мыслям. Бредовым мыслям, должна признаться. Оценила свое состояние, пройдясь по комнате туда-сюда. До невозможности пьяная. Припомнились все оскорбления асиньи, которые не соответствовали действительности и я захотела это исправить.

Ориентироваться оказалось задачей не из легких, пришлось прибегнуть к помощи стенки, по которой я координировала свое направление. На весь маршрут у меня ушло несколько минут.

Коридор медленно поменял цвет. Здесь больше не красовался белый мрамор с фресками и надписями, только обычный серый камень. Я попыталась идти менее шумно, но это невозможно, когда на тебе надеты каблуки, а ты идешь по твердому полу.

Я очень удивилась, не обнаружив охраны рядом с покоями. Все сегодня плевали на безопасность. Свадьба же. Неужели черный колдун посмеет напасть? Я нервно хохотнула.

Приблизившись к массивным дверям, я хотела было постучать, но приняла другое решение. Как раз расслабленное состояние позволяло. Я закрыла глаза и представила россыпь зеленых подушек на просторной кровати. Вспышка, и я увидела собственное отражение в зеркале в просторной прохладной спальне.

Комната оказалась пуста. На полу, как обычно, валялись вещи. По их дислокации я смогла проследить маршрут. Последняя деталь гардероба валялась возле входа в ванную.

Я хмыкнула, сняла туфли и начала двигаться в сторону раздающегося плеска воды. Единственным источником света служила небольшая лампочка в лампадке, которая переливалась всеми цветами радуги. Мини Радужный мостик.

Взгляд упал на купальню, точнее это была целая небольшая комната, огороженная полупрозрачными стеклами с золотистыми рисунками. Сооружение чем-то напоминало обычный душ, но в Асгарде нельзя так называть подобные вещи.

В помещении стояла жара. Зеркала покрылись дымчатым паром, как и окна в комнате.

Сквозь ограждения мне удалось рассмотреть обнаженный силуэт бога коварства. Он бормотал что-то себе под нос, напоминая шамана на ритуале. Абсолютного голого шамана. Я прикрыла рот руками, сдерживая смех.

Я присела на тумбочку, и какое-то время наблюдала за ним. Рассматривала его широкие плечи, спину, усыпанную родинками, накачанные руки.

Из-за жары мое алкогольное опьянение начинало обостряться. Мысли начинали путаться. Я заплетающимися пальцами расстегнула пуговицы на рубашке и бросила ее возле себя. С джинсами пришлось повозиться, я их и трезвая трудно снимала. На кой черт я переоделась? Они плотно облегали ноги, их приходилось буквально стягивать. С нижним бельем разделаться было проще. Я собрала ногой все вещи в одну кучку и подошла к полу-прикрытой дверце душа.

Вода громко шумела, Локи даже не заметил, как я подошла к нему практически вплотную. Только когда я осторожно прикоснулась губами к его плечу, он резко обернулся. Надо было видеть его глаза в этот момент.

– Какого дьявола ты здесь делаешь? – взвизгнув, спросил он. Его взгляд бегал из стороны в сторону.

Я пожала плечами и обхватила руками его длинную шею, впиваясь в губы. Несколько секунд Локи отвечал на мой поцелуй, а потом припечатал меня к стенке и выпутался из объятий.

– Ты, видимо, оглохла. Я же ясно тебе сказал, никогда более не подходить ко мне, – медленно проговорил бог. Локи взял меня за подбородок и начал гипнотизировать изумрудным взглядом. – Убирайся отсюда, – прошипел он.

– К чему такие трудности? – Я дотронулась пальцами до его губ, очертив их контур. Бог прикрыл глаза и шумно выдохнул воздух.

– Прекрати, – полушепотом, попросил он.

Я медленно перенесла пальцы на грудь и спустилась к животу. Мускулы на его руках напряглись, а на шее проступили жилы.

– Что ты творишь? – Он схватил меня за руку, но я обвила его за талию другой свободной рукой.

Локи медленно отнес наши переплетенные руки к стенке, и придвинулся ближе. Он буквально вдыхал мне в губы свое морозное дыхание. Он сильнее сжал мои пальцы, так что его костяшки побледнели.

Я без стеснения разглядывала его лицо. На длинных ресницах оставались капельки прозрачной воды. Это зрелище завораживало. Вода струями стекала с его мокрых иссиня-черных волос, образуя дорожки на теле, словно русло рек. Я преградила своими пальцами дорогу одной из них на его плече, когда бог отпустил мою руку.

– Всего лишь одну ночь… – взмолилась я, поглаживая напряженную спину богу.

– Это ничего не даст, – обхватив мое лицо ладонями, произнес он, словно мучился от жуткой боли.