На скамейке сидит исхудалый человек, закованный в крепкие цепи, туго связывающие запястья. Его глаза давно застыли, отражая лишь немую печаль и боль от поражения. Очередное поражение. Сколько их уже случилось? Я насчитала пять, как минимум. Первое – потеря семьи и друзей, второе – утраченная вера в себя, третье – разбитые надежды, четвертое – несбывшиеся мечты, пятое – убитая гордость. Сколько же разочарований познала его душа? Я боялась считать.

Сердце сжимается. Я не видела этих изумрудных глаз целых три месяца.

Пленник не смотрит на меня, лишь расплывается в презрительной усмешке.

Как долго продлилась тишина между нами, прежде чем я заговорила? Показалось, что прошла целая вечность.

– Твой приговор вынесен, – хриплым голосом произнесла я.

Он молчал какое-то время, а затем издал тихий смешок.

– Когда меня переведут в прозрачные палаты? – язвительно поинтересовался бог коварства.

– Не этот приговор ожидает своего исполнения, – ответила я, изучая темноту.

В комнате раздался шорох, и вскоре белая фигура возникает возле меня.

– Это интересно. Смертная казнь? – храбрится Локи.

Я издала непонятный звук.

– Тогда все-таки клетка… – прошипел бог, изучая мое лицо. – Будешь навещать меня? Или ты отправляешься в любимый Мидгард? Освобожденная и свободная, как птица. Очень забавно, кто же посчитал нужным отправить именно тебя огласить мое наказание?

– Я сама. – По телу пробежались мурашки.

– Все-таки в тебе есть садистские наклонности, – захохотал Локи.

В мрачном помещении опять воцарилась угнетающая пауза.

– Передавай привет бравой команде Мстителей, – внезапно произнес он.

– Я не вернусь на Землю, – сухо ответила я.

Локи удивленно приподнял одну бровь.

– Остаешься здесь? Будешь совершенствовать законы этой великой страны? Служить народу?

Я отрицательно покачала головой.

– Неужели займешься совершенствованием своих способностей под чутким руководством учителя? Променяешь пышные покои на его скромную обитель? – спросил бог коварства, отчеканивая каждое слово.

– Нет.

– Тогда я все-таки смею надеяться, что ты нанесешь мне визит. Разнообразишь мои будни своим светлым ликом.

– Я никогда не навещу тебя, – строго ответила я.

Локи хмыкнул, придвигаясь ближе.

– Не знал, что твоя обида столь глубока. Разве ты не видела во мне предателя с самого начала?

Я ухмыльнулась.

– Видела.

– Тогда к чему весь этот нелепый фарс? Бессмысленные клятвы, которые ты нарушишь через месяц? – раздраженно спросил бог коварства, продолжая пытливо изучать меня изумрудными глазами.

– Я знала, что ты предашь, но не навещу тебя по другой причине.

– Вот как… Неужели великий Всеотец запретит влюбленным видеться и изнывать от тоски? – ехидничал он.

– Ты задаешь слишком много вопросов, ускользая от цели нашего диалога.

Локи развел руками.

– Так скажи мне, какой приговор вынес мне самый справедливый суд в мире?

Я набрала в легкие побольше воздуха.

– Изгнание.

Бог коварства нахмурился.

– Тебя лишат бессмертия, твоих сил и изгонят на другую планету, с которой ты никогда не сможешь выбраться, – добавила я.

В зеленых глазах вспыхнула ярость, но затем они снова стали неподвижными.

– Слишком извращенный приговор для Тора, слишком болезненный для царицы Фригг и слишком суровый для великого Всеотца. Ты похлопотала? – догадался он.

Я поджала губы, всматриваясь в его черты лица. С виду полное спокойствие, но внутри бушует пламя, разъедающее внутренности.

– Когда начнется моя ссылка? – поинтересовался Локи обыденным тоном, сжимая кулаки.

– Сейчас, – сухо ответила я.

Он вновь бросил на меня мучительный взгляд.

– Пришла проститься… Очень мило с твоей стороны.

Я сделала очередной глубокий вздох.

– Ты отправишься не один.

Бог коварства подавил смешок.

– Приставите ко мне надзирателя на всякий случай? Кто же этот несчастный обреченный на вечные страдания со мной? – язвительно спросил он.

– Я.

Локи не смог сдержать удивления.

– При одном условии, – поспешила уточнить я.

– Каком же?

– Скажи, что любишь меня.

– Предлагаешь соврать? – расплывшись в приторно-сладкой улыбке, сказал он.