— Но вы — мой народ! — с отчаянием сказал Морковка.

— Если можно так выразиться, да. — сказал его отец. Но можно выразиться и по-другому, более точно и верно, нет. Понимаешь, все это генетические игры. Может это хорошая мысль уйти тебе отсюда и посмотреть остальной мир.

— Что, навсегда?

— Ах, нет! Нет. Конечно нет. Иди и посмотри все, что тебе будет угодно. Нет-нет, негоже парню твоего возраста торчать здесь… Неправильно. Ты сам знаешь, как я полагаю. Ты уже не ребенок. Ползать на коленках все время и все такое. Это неправильно.

— Но каков же мой собственный народ? — сказал недоумевающий Морковка.

Старый гном сделал глубокий вдох. Ты — человек. — сказал он.

— Что, как мистер Лаковый? Мистер Лаковый приезжал в горы на телеге, запряженной волами, раз в неделю и менял товары на золото. — Один из этих Больших Людей?

— У тебя рост шесть футов, парень. А у него только пять футов. — Гном опять покрутил расшатавшуюся заклепку. — Ты видишь, что это так.

— Да, но… но может быть я просто высок для своего роста. — с отчаянием сказал Морковка. — Если бывают люди маленького роста, то почему бы не быть высоким гномам?

Отец дружески похлопал его по коленке.

— Тебе нужно взглянуть фактам в лицо, мальчик. Ты будешь на поверхности как дома. Это у тебя в крови. Да и крыша не такая низкая. — Ты не сможешь стукнуться о небо, сказал он сам себе.

— Постойте. — сказал Морковка, чье благородное чело наморщилась от попытки все просчитать. — Вы — гном, верно? И мама — гном. А потому и я должен быть гномом. Бесспорный жизненный факт.

Гном вздохнул. Он тешил себя надеждой, что удастся подкрасться к этой теме незаметно, может даже в течение нескольких месяцев, попытаться рассказать ему об этом мягко, но времени для этого увы не осталось.

— Сядь, мальчик. — сказал он. Морковка сел.

— Дело в том, — горестно сказал он, когда честное лицо его крупного мальчика оказалось на уровне с его собственным. — что однажды мы нашли тебя в зарослях. Ковылявшего по обочине дороги… гм.

Заскрипела расшатавшаяся заклепка. Король был повержен.

— Дело в том, что там, как тебе сказать, были эти … кареты. Полыхавшие в огне, как можно заметить. И мертвые люди. Гм, да. Совершенно мертвые люди. Погибшие от руки бандитов. Той зимой была очень плохая зима, и всякая нечисть бродила по горам… Потому мы и взяли тебя, ну и конечно, как я говорил, была плохая зима, и твоя мама привыкла к тебе, ну, а мы так никогда не удосужились обратиться к Лаковому провести расследование. Такова вкратце эта длинная история.

Морковка воспринял все достаточно спокойно, в основном из-за того, что почти не понял всего этого. Кроме того, насколько ему было известно, быть найденным ковыляющим в зарослях являлось нормальным методом рождения детей. Гном не считался достаточно взрослым, чтобы заниматься техническим процессом, не объясняемым ему <Местоимение используемое гномами для обозначения обоих полов. У всех гномов есть бороды и они одеваются в двенадцать слоев одежек. Род, мужской или женский, более или менее по выбору.> до тех пор, пока он не достиг половой зрелости <т.е. около 55 .>.

— Хорошо, папа. — сказал он и наклонился так, чтобы оказаться на одном уровне с ухом гнома. — Но ты знаешь, что я… ты знаешь Мяту Каменночмокающую? Она необыкновенно красивая, у нее такая мягкая борода, как, как самое мягкое на свете… мы достигли взаимопонимания, и…

— Да. — холодно сказал гном. — Я знаю. Мы говорили с ее отцом. А также ее мама говорила с твоей, добавил он про себя, а потом она имела разговор со мной. Очень долгий.

Совсем не потому, что ты им не нравишься, ты — степенный парень и прекрасный работник, ты мог бы стать хорошим зятем. Четыре хороших зятя. В том-то и беда. А ей, так или иначе, только шестьдесят. Это не соответствует обычаям.

Это неправильно.

Он слышал о детях, воспитанных волками. Он удивился, что вожаку стаи удавались подобные хитрости. Возможно тому пришлось поставить приемыша где-то на поляне и сказать, Послушай, сынок, ты должно быть удивляешься, почему ты не такой волосатый как все остальные…

Он обсудил этот вопрос с Лаковым. Прекрасный рассудительный человек, этот Лаковый. Разумеется он знал о существовании отца у ребенка. И дедушки, он даже пришел подумать над всем этим. Люди не кажутся столь долго живущими, возможно все это из-за усилий столь сильно нагнетать кровь.

— Появилась проблема, король <буквально дежка-кник «управляющий прииском» .>. Достаточно серьезная.

— сказал старый человек, когда они сидели душа в душу на лавочке у шахты № 2.

— Он — хороший паренек, не беспокойся. — сказал король.

— Чудесный характер. Честный. Не совсем отполирован, но стоит ему приказать что-либо сделать, то он не будет отдыхать, пока все не сделает. Послушный.

— Ты мог бы отрубить ему ноги. — сказал Лаковый.

— Да не ноги создают всю проблему. — мрачно буркнул король.