Было тихо и покойно, хотя сквозь окно долетали отдаленные звуки веселья.

Эррол сполз у него с плеча и принялся поедать кокс в камине.

Бодряк уселся и задрал ноги.

Что за день! Что за сражение! Увертки, хитросплетения, крики толпы, молодой человек, стоящий там и выглядящий таким крохотным и незащищенным, дракон, делающий глубокий вдох так знакомым Бодряку способом…

И не было пламени. Это удивило Бодряка. Это удивило толпу. Это несомненно удивило дракона, который пытался покоситься на собственный нос и недоуменно терзал когтями пламенные протоки. Он оставался удивленным до тех пор, пока парень не увернулся от когтей и точно вонзил меч.

А затем раздался удар грома.

Вы могли бы подумать, что остатки дракона исчезли.

Бодряк подтащил к себе стопку бумаг. Он смотрел на заметки, которые сделал вчера:

Замечено: Сильный дракон, но еще не умеет хорошо летать;

Замечено: Огонь был необычайно горячим, такой не испускает ни одно живое существо;

Замечено: Болотные драконы на самом деле Бедные Создания, а это Ужасное Создание старалось изо всех сил;

Замечено: Откуда он появился никто не знает, ни куда он исчезает, ни где пребывает в промежутке времени;

Замечено: Зачем он сжигал все вокруг?

Он взял ручку и чернила и медленно круглым почерком добавил:

Замечено: Может ли дракон быть уничтожен до основания?

Он задумался на миг и продолжил:

Замечено: Почему сегодня он взорвался, можно ли его найти, старательно разыскивая?

Все это загадочно. Леди Рэмкин говорила, что когда болотный дракон взрывается, то его останки повсюду. А этот дракон был изрядных размеров. Допустим, что внутренне он был алхимическим кошмаром, но жители Анк-Морпорка до сих пор всю ночь напролет сгребали дракона с улиц. Никто казалось не беспокоился из-за этого. Впрочем пурпурный дым был весьма впечатляющий.

Эррол покончил с коксом и принялся за каминные щипцы.

Пока что за этот вечер он слопал три булыжника, дверную ручку, что-то неопределенное, найденное им в сточной канаве, и, к общему изумлению, три колбаски Глотки, приготовленные из настоящих свиных органов. Непрекращающийся хруст кочерги мешался с шорохом дождя, доносившимся из окон.

Бодряк посмотрел еще раз на бумагу, а затем написал:

Замечено: Как могут короли появляться из небытия?

Он даже не рассмотрел как следует парнишку. Он выглядел достаточно симпатичным, отнюдь не великим мыслителем, но без сомнения его профиль вы не думали увидать на монете.

Подумать только, после убийства дракона он мог оказаться косоглазым гоблином после всего произошедшего. Толпа понесла его с триумфом во Дворец Патриция.

Лорд Ветинари был заперт в своей собственной темнице.

По-видимому он не оказал сильного сопротивления. Он просто всем улыбался и покорно подчинялся приказам.

Какое счастливое совпадение для города, что как только потребовался чемпион, чтобы убить дракона, как тут же следом возник король.

Бодряк на миг прогнал эту мысль из головы. Затем вновь ее вернул. Он взял перо и написал:

Замечено: Какой прекрасный случай представляется парню, который должен стать королем, что там оказался Дракон, которого можно убить, чтобы доказать вне всякого сомнения свои верность до мозга костей.

Это было гораздо лучше, чем родимые пятна и мечи, это было несомненно.

Он повертел перо, а затем нацарапал:

Замечено: Дракон не был механическим устройством, очевидно, что ни один волшебник не обладает такой силой, чтобы создать тварь такой степени волшебства. И размера.

Замечено: Почему, в крайнем случае, он не мог извергнуть пламя?

Замечено: Откуда он явился?

Замечено: Куда он направился?

Дождь застучал сильнее в окно. Звуки приветствий стали тише, а затем и окончательно затихли. Доносились только раскаты грома и всполохи молний.

Бодряк подчеркнул несколько раз слово «направился». Немного поразмыслив он добавил два восклицательных знака: ??

Полюбовавшись на написанное, он скрутил бумагу в комок и швырнул в камин, где тот был пойман и проглочен Эрролом.

Там было совершено преступление. Чувства Бодряка, неизвестно как овладевшие им, древние чувства полицейского, вздыбившие шерсть на загривке и говорившие ему, что здесь было совершено преступление. Возможно это было очень странное преступление, не фигурировавшее в книге Морковки, но тем не менее оно было совершено весьма искусно. Горстка полыхающих жаром убийц только положили ему начало. А он обнаружил его и дал ему имя.

Затем он встал, снял с крючка за дверью кожаную накидку, защищавшую его от дождя, и вышел в город, беззащитно и неуютно лежавший перед ним.