Шрифт:
Николай встал и решительным шагом направился в коридор редакции, дергая на себя каждую дверь.
– Тетя Зина, где вы!?
– крикнул он.
Тишина. На часах: два - пятнадцать.
– Ёклмн. Сколько у меня там знаков?
– Синцов вернулся в кабинет.
– Во-от сплетница!
– с раздражением выдавил из себя он.
– Вот блин, опять попался на тети Зиныну утку!
...Три тысячи двести знаков немножко успокаивали. В принципе, заголовок - это самая важная часть статьи, так как он и является тем лучиком в тоннеле, показывающим пишущему в каком направлении нужно "идти" дальше. "А на его месте могли быть вы!"
В прошлом году в их городе на улице Мира произошел такой же случай: упал человек. Женщина, шедшая за ним, с испугу отпрыгнула назад и побежала дальше по своим делам. Также сделали еще несколько прохожих, шедших за ней. Но, к счастью, один из водителей машины, проезжавшей по улице мимо, остановился, и подбежал к лежавшему на тротуаре человеку. Нет, он не был врачом, а всего лишь человеком. вызвал скорую помощь, полицию. И - вовремя. У человека произошел микроинсульт, доктора спасли ему жизнь.
Можно продолжить и дальше свой рассказ о том случае. Кем был тот человек, упавший без сознания: банкиром, врачом, рабочим, пенсионером или просто бичом? Получил ли какой-то гонорар водитель от семьи спасенного им человека? Да, да, ведь он был отцом детей, чьим-то сыном. Поставьте на его место своих родственников. Что бы вы сказали тому водителю, который спас Вашего отца, мужа или сына? Ведь он вернул не только ему жизнь, но и вам тот мир, в котором вы постоянно живете. Задумайтесь!
Вот, как-то так. Мысль поймана, нужно ее доработать ...
Николай посмотрел на время и охнул: почти пять утра... Нет, домой ехать уже поздно. Отодвинув журнальный стол и разложив кресло-кровать, скинув с себя пиджак, улегся.
"Кажется, дверь забыл на замок закрыть", - подумал он, но вставать уже не было сил. И сон, как назло, не шел. Все перед глазами стоял тот человек, упавший на тротуаре и почему-то зеленый. Он умилительно смотрел на Николая и что-то просил. Что? Синцов прислушался...
– вы помогите мне! Помогите! Я не виноват, мне только нужно доказать это...
– сложив руки на груди, с плачем просил он Синцова.
– Что, что?
– кричал ему в ответ Синцов.
– О чем вы меня просите?...
– Нет, нет, это соседка подстроила все, которая у нас хотела комнату... А-а-а!
И вдруг клубы дыма или тумана опустились на зеленого человека. И только на мгновение Николай смог рассмотреть в них облики фигур, похожих на человеческие, и лица, черные, с красными глазами, смотревшими на него...
– Я не виноват, - слышал он крик зеленого человека.
– Я Расёв, спасите!
– Рас-сёв, Рассёв или Расев?
– кричал ему в ответ Синцов.
Но было поздно. От тумана с мертвецом уже ничего не осталось, развеялось видение.
Николай вздрогнул, открыл глаза. Голова мокрая, спина затекла. С трудом вылез из кресла, попытался потянуться, все сильнее и сильнее напрягая мышцы в разных частях тела. Лучи солнца уже пробивались через тюль, слепили его.
Что-то хрустнуло в пояснице: отпустило. С облегчением вздохнул. На мониторе сотового телефона семь - сорок пять. Будильник вот-вот зазвенит. Пора жену будить, чтобы не опоздала на работу.
– Света, доброе утро, - зевая, просипел он в телефонную трубку.
– Ты звонка не слышал?
– Н-нет, - удивился Николай.
– На телефоне ничего не отмечено. Может, ошиблась?
– А сейчас?
– Ну, - и Николай вздрогнул от резко зазвонившего городского телефона.
– Теперь верю, что ты в редакции, - усмехнулся голос жены из мобильника.
– Возьми, возьми же трубку. Коля, когда будешь дома?
– раздался ее мягкий голос в трубке телефона.
– Бессонница замучила?...
– Николай Иванович, - прервала разговор Синцова с женой заглянувшая в кабинет корректорша, - вас зовет Игорь Петрович.
Что сразу бросилось в глаза Николаю, лицо у Марины Капустиной было покрасневшим, словно пудрой осыпала щеки, а вместо улыбки, которую она пыталась выдавить, осталась гримаса отчаяния.
– Хорошо, - кивнул головой корректору Синцов.
– Ладно, Света, потом перезвоню, редактор зовет, - и, прихватив со стола несколько чистых листов, вышел из кабинета.