– Почему мне не разрешают полететь на сове!?

Он отчаянно воскликнул, нечаянно ударив коня по бокам. Животное встрепенулось и звонко заржало, пускаясь бежать. Бонгейл устремился следом, видя, как Стефан болтается в седле из стороны в сторону. Эбил ловко обогнал жеребца и преградил ему путь, схватившись за поводья.

– Спасибо, - дрожа поблагодарил парнишка, - я у тебя в долгу, друг.

– Ничего, - отмахнулся секирщик, - кстати, нуклосовины не приветствуются в армии. Честно сказать не имею понятия почему, ведь вы бы оказались весьма полезны, но вас так мало, что можно пересчитать по пальцам. Ты первый нуклосовин, которого я встретил.

– Кажется я понял, – задумчиво протянул парнишка, маленький граф заинтересованно на него посмотрел, – просто эта страна настолько закостенела во всем! Что даже в армии не хотят принимать ничего нового!

Он весь сотрясался от необузданного волчьего гнева. Эбилу уже не раз удавалось заметить, что Каним порой слишком близко принимает все к сердцу и что в момент гнева черты его лица заостряются, а вместо зубов мелькают волчьи клыки.

– Тише! – шикнул на него Бонгейл, – ты что хочешь, чтобы тебя под трибунал отправили?

Рядом с ребятами, гордо подняв голову, проехал высокопоставленный военный, которому поручили командовать подавлением восстания. Его белоснежный конь столь же гордо прогарцевал мимо всех, неся на себе напыщенного военного. Каним оглянулся и увидел в глазах юношей зависть и немое восхищение.

– Смотри, не скажи что-то подобное ему, – серьезно сказал Стефану Эбил.

– Ну я ж не такой дурак.

Ребята весело улыбнулись друг другу и, пришпорив коней, направились к остальной части своей группы. Подъехав, они соединились с товарищами. Их уже расставили в боевом порядке. Именно так они должны были ворваться в город и подавить мятеж, но благо до него еще нужно было добраться.

– А почему именно мы? Почему именно наше училище? – обернулся к восседавшему позади него Акросу парнишка.

Гигант безучастно пожал плечами. Рыжеволосый обернулся с тем же вопросом к Сиану, который сидел по левую руку от него. Но и от белокурого красавца не получил внятного ответа.

– О-о-остин, – с надеждой в голосе обратился он к командиру, по правую руку от себя.

– Я тоже не могу ответить на твой вопрос, – произнес де Вест.

– Но как же так? – Каним выглядел очень растерянным, – разве мы не должны знать из-за чего все это происходит? Кто эти восставшие? Что у них за мотивы?

– Наше дело приказ, а то почему он был дан нас не должно касаться, – неожиданно произнес Энтони.

– Но это неправильно!

– Слушай, – раздраженно проговорил здоровяк, – если давать обычным солдатам в руки все карты, то ни о какой дисциплине речи и не идет. Сказали, ты сделал. Дослужился до того, кто отдает приказы, вот там и думай, рассуждай, вдумывайся. А сейчас наше дело выполнить поставленное перед нами задание и не возникать.

– Я слышал, что тем кто отличится, возможно заготовят должность! – в разговоре возник Эбил.

У всех юношей тут же загорелись глаза. А Стефан растерянно смотрел на друзей. Каним понимал, что от части Энтони был прав. И он признал, что в этот раз его желание все изменить послужило необдуманно и во зло.

Но что значили слова Эбила отличиться? Они означали убить, как можно больше? Стать самым кровавым воином этого подавления?

И они были готовы на это ради какой-то должности? Парнишка шокировано оглянул всех парней, которые окружали его. Их тут было несколько десятков. И все сегодня будут убивать ради должности, места в военной иерархии. Тягучий страх сковал движения юного графа.

Богиня! – взмолился он небесам, – за что ты так обошлась со мной? За что сделала меня не таким как все? За что обрекла мое сердце вечно обливаться кровью?

– Каним!
– послышался оклик графа Аргона, - выйти из строя.

– Выйти? – отчаянно обернулся на преподавателя юноша, - вы шутите? Это такие волчьи шуточки? Учтите, что я лишь наполовину волк и не понимаю всего, что вы говорите. Я не очень хорошо разбираюсь в волчьем диалекте, - пытаясь заставить коня двигаться, отозвался парнишка, - слушайте, как эта штука работает?

Карл закатил глаза и подскакал к Стефану. Он ухватил поводья и потянул на себя. Конь покорно вышел из строя и проследовал вслед за графом.

– И как ты собирался на восстание, если не умеешь скакать на лошади?

– А у меня не было возможности это кому-то объяснить, - фыркнул полукровка.

– Слушай, Стефан, я твой хранитель и я не хочу, чтобы с тобой, что-то случилось. Моя главная обязанность сейчас заботиться о тебе, - спокойно проговорил оборотень, - и я решил, что тебе нужен тот, кто за тобой присмотрит.