– Все живо наружу! – прокричал Остин.

– Помогите!

Как последний вздох из уст умирающего, вырвался крик из глубины здания. Сиан резко развернулся и кинулся назад. Все, что он видел перед собой - это испуганные большие карие глаза девушки, сверкавшие слезной пеленой.

– Си-и-ан!

Этот вскрик был полон боли и отчаяния. Это был крик девушки. Но не той, что звала на помощь, а той, что нашла в этом юноше верного друга путем невольного обмана и живущая рядом с ним с помощью тайн и недомолвок. Но Идем на него не обернулся, он проскользнул под каменными колоннами и схватил очаровательную незнакомку за руку.

Наверху что-то вновь хрустнуло и столб камня пришел в движение. Белокурый притянул девушку к себе и сжал в объятиях, защищая от падающих камней.

– Ты чего замер?! – послышался грубый от натуги голос, - давай живее! Выметайся!!

– Ага! – живо дополнил его девичий голосок.

Сиан оторвал взгляд от светлых волос своей неожиданной незнакомки и увидел, как Энтони подпирает собой глыбу камней. Все его лицо от натуги побагровело и завалоклось потом. Слева от него, ближе к подпоркам стояла небольшая, пухленькая фигурка в праздничном платье. Это была Ноеми. Ее маленькие ладошки уперлись в холодную гладь каменной плиты. Она вся была пунцового цвета, но на губах по-прежнему красовалась милая детская улыбка. Её глаза стали звериными и руки претерпели превращение в медвежьи.

– Живее!!!

– Есть, мистер Акрос!

Идем вскочил на ноги и, подхватив девушку на руки, кинулся к выходу. Еще мгновение и Энтони с Ноеми выбежали следом. Неожиданно Глайдиус споткнулась и растянулась средь обломков. Бонгейл вырос словно из-под земли. Он опустился рядом с ней, понимая, что не они не успеют выбежать. Для них это был конец. Он подмял ее под себя, стараясь хоть как-то смягчить боль, которая несла им эта смерть. Но прошло мгновение и следующее, но боли не сбыло и разум все также отчетливо лихорадочно соображал.

– Прошу, вас, быстрее!

Леди Аллин вновь стояла на обеих ногах и сквозь боль во все теле держала на вису глыбы камней. Эбил рывком поднял на ноги Ноеми. Леди Каним с немым криком на устах воздушной волной выкинула их из-под падающих обломков, которые она уже была не в силах удерживать.

– Аллин!

Финикс подскочил к ней и подхватил падающее тело на руки.

– Все хорошо, - слабо отозвалась белокурая красавица, - просто я давно не пользовалась силами в таком объеме. Дай мне мгновение и я справлюсь.

Ветер подхватил Стефана и он вновь почувствовал это странное упоение. Его душа и каждая частичка его тела роднилась с духом вольной и непокорной материи, но самое главное, что эта материя была неподвластна никому и лишь родство крови и поистине уважительное обращение могло привлечь её внимание. Но с Каним было все по-другому. Это порождение бунтарского духа подружилось с духами ветра и с легкостью вошло в круг самых приближённых.

Его кожа побледнела, и стала практически прозрачной, он силился с природным духом.

Мановения рук, ныряя под острыми шипами дракона, Стефан становился все ближе к нему.

Он был спокоен и сердце его билось ровно.

– Эбил!

Отчаянный крик Ноеми вывел Каним из состояния единения. Он множество раз перевернулся в воздухе, прежде чем его тело с болью встретилось с землей. Юноша растянулся на траве, не чувствуя ее мягкости. Кровь тонкой струйкой вытекала из едва приоткрытых уст.

– Стеф! Как ты?! – подбежал к нему Брайан.

Полукровка жалобно простонал в ответ, пытаясь перевернуться на бок. Белокурый помог ему: плавно и аккуратно, как его учили на медицинских курсах. Каним чувствовал, как тонкие пальцы ощупывают его спину в поисках повреждений.

– Ты здоров как грифон!

– Спасибо Богини за смешанную кровь, - прохрипел парнишка.

Идем помог ему подняться на ноги. И отряхнувшись, словно волк от воды, от облепившей его пыли и пыльцы звезд, он с силой оттолкнулся от земли и взмыл в небо, откинув Брайана воздушной волной.

Стефан устремился к дракону, больше не скрываясь. Потоки ночного воздуха несли его меж смертоносных шипов, похожих на ледяные пики. Они синими льдинами врезались в ночное пространство, норовя порвать вечное покрывало ночной владычицы.

Уворачиваясь от смерти, Стефан видел лишь длинный хвост и обширные туго натянутые крылья, как ком белоснежного снега висевших в воздухе.

Внезапно парнишка вынырнул прямо перед его мордой. Она была остроносой, изящной с огромными ноздрями, из которых паром вырывался воздух.

Каним замери замер и дракон. Лишь бронзовые локоны юноши мерно колыхались от легких дуновений ветерка. Дейн держался на почтительном расстоянии, но в любой момент был готов рвануть на помощь к своему повелителю, к своей миледи.