Каним удивленно смотрел ему в след.

– Да ну тебя – махнул на него рукой парнишка – чистокровная задница, совсем уже сбрендил от своей крутости.

Метнув быстрый взгляд на окно, Стефан заметил, что на землю спустилась ночь и Вторая мать уже во всю гуляет на небосклоне.

– Пора – волнующая дрожь пробежала по всему телу – теперь я не один.

Сиан завалился в комнату уже перед самым отбоем. Проторчав длительное время под горячим душем, он был полностью готов ко сну, ему так казалось. Но свалившись на кровать, он не почувствовал приятной усталости во всем теле, внутри него горел интерес. Попытавшись отвлечься, белокурый перевернулся на бок и закрыл глаза. Он начал думать. Думать и представлять, какая она, Стефания Каним.

Определенно у нее бронзовые локоны, это я помню, детские воспоминания померкли, настолько, что я не помню какого цвета у нее глаза. Может быть изумрудные или голубые? Нет, она же наполовину оборотень. Богиня, она же наполовину волк, я как-то и не предал этому большого значения? Хотя это важно? Может то, что она горячая – мне на руку? О чем я думаю?! Я же не Брайан!

В коридорах и комнатах погас свет, наступило время отбоя. Все, кто будет пойманы после отключения света подвергнуться наказанию. Теперь Каним предстояло не попасться.

Она определенно красива. Должна быть, иначе зачем она мне? Некрасивое украшение выбрасывают. Но как же Стефан, он ведь ее брат. Надо признать мы с ним сдружились, он умен, но скрывает это. Не хотелось бы видеть его во врагах. Ну ладно, если что просто подсуну его сестру де Весту.

Послышался храп Брайана. Тихие перешептывания, и приказные слова Остина заткнуться и дать поспать.

Пока Стефания самый выгодный вариант. Если я женюсь на ней, то у меня будет преимущество. Но надо бы подыскать и запасные варианты, вдруг что случиться и колесо фортуны отвернется от меня. И Стефания влюбиться в черствого, но праведного де Веста.

– Эй, Сиан, ты там не спишь? – окликнул его кто-то.

– Неа – парень перевернулся на другой бок, лицом ко всем – о чем ведете разговор?

– Делаем ставки, попадется Каним или нет – произнес Акрос.

– Ого, ты тоже в этом участвуешь? – удивился белокурый.

Энтони издал тихий смешок.

– Конечно, ведь ставим на Каним, тут итог просто не предсказуем.

– Ну если логично рассудить то он уже попался, ритуал же проводит мессир Аргон – подал голос де Вест.

– Ну Остин – простонал Эбил – вот зачем ты так?

– Я просто изложил факт – начал оправдываться командир, почувствовав себя виноватым.

Идем приподнялся на кровати, в его голове созрел план. Он ухмыльнулся, почувствовав, как внутри все трепещет от желания.

– А может нам посмотреть на все это?

Каним стоял в поле, трава доходила ему практически до пояса. Стоило опуститься на корточки и он бы утонул в этих зарослях. Теперь парнишка знал, где можно было спрятаться от любопытных глаз, поразмышлять в одиночестве.

Завалившись в траву, Стефан раскинул руки в стороны. На небе уже сияли мириады звезд.

– Стефания – белокурая женщина зашла в комнату дочери.

– Матушка, я не желаю продолжать этот разговор - развернулась лицом к стене.

– Но нам нужно об этом поговорить.

– А я не хочу!

– Не упрямься, все равно нам придется об этом поговорить – Аллин присела на краешек кровати – скоро ты обручишься.

– Ну матушка-а-а!

– Стефания, просто послушай меня. Обручение – это не женитьба. Тут дело тонкое. Ты должна сначала понравиться самому жениху, потом его отцу, ну а мнение матери никого не интересует.

– Отлично, а когда Лукиан приведет подружку в дом ты что будешь молчать?

– Нет конечно! – миссис Каним выдохнула – Стефания, что важно для жениха в тебе? – девушка закатила глаза, утыкаясь лицом в подушку – твоя внешность, твой титул, твои манеры, смирение и послушание.

– Матушка зачем ты мне все это говоришь? Ты же знаешь я не смогу играть вечность.

– Но ты сможешь играть всю жизнь.

– Мату..

– Однажды Стефания ты полюбишь, и молись Богине, чтобы этот паренек оказался хоть капельку благороден к женщинам.

– Я никогда не полюблю Вондерландского мужчину – с вызовом в глазах посмотрела на мать рыжеволосая.

– Никогда не говори никогда – произнесла Аллин, покидая комнату дочери – вверь свою судьбу Богине, молись и помни, на свете нет сильнее и печальней женщин, чем Вондерландские.

Каним продолжал изучать небо, желая сосчитать каждую звезду на нем. Ему почему-то вспомнился именно этот момент из прошлого.

– Странно – только и хмыкнул он.

Смирение и послушание. Они так меня воспитали, что это мне неведомо. Зачем приучали меня, что свобода – наивысшая ценность в жизни? Зачем дали почувствовать ее привкус на губах? Теперь я жажду лишь большего.