— Ее уже полгода назад переправили в столицу, никто не будет держать девушку столь знатного рода среди пиратов и бандитов.

— Тогда ты мне больше не нужен. Нагассана сдавил его горло руками-клещами. — Тебя следовало помучить, да мараться не охота. А что делать с другим, тоже палач.

— Если хочешь, я сам его убью, предложил Руслан.

— Это слишком легко и просто, пусть его повесят. — Приказ «Бич божий». — Ты не по годам силен, сможешь его выволочь.

— Конечно в нем килограмм сто тридцать не больше. — Сказал Руслан и взвали себе на плечи.

Однако это оказалась не приятным занятием, тюремщик вонял, был не удобен для носки, и юноша немного вспотел.

Поэтому, оказавшись в тюремном дворе, он почувствовал облегчение. Там собралось большое количество заключенных не только взрослые мужчины, но много женщины, детей, причем большинство в ужасном состоянии, после пыток и голода.

Руслан прокричал им.

— Что сделать с этим истязателем? Повесить?

— Нет на кол его! Виселицы мало для него. Кричали мужчины, часть впрочем, была или пиратами или разбойниками с большой дороги.

— В этом случае вершите суд и расправу сами. — Руслан откланялся. В след за ним вышел император пиратов. Хотя его власть признавали далеко не все, и сам титул был скорее не официальный, бывшие узники встретили его громогласными выкриками. А когда он поднял руку вверх, все замолчали.

— Кого вы хотите видеть своим командиром.

— Тебя веди нас отец. — Кричали они.

— Да будет так, теперь наши сердца станут едиными.

Бои в городе практически завершились, догорали последние обломки бурного кровавого шторма.

Нагассана не стеснялся своего тряпья, но все же решил переодеться, нельзя пусть не коронованному императору быть оборванцем. Прочие пираты предались грабежу, многочисленная добыча свозилась в порт, активно делилась и взвешивалась. Туда прибыл и Моник. Главарь пиратов был зол и напорист.

— Теперь надо приступить к серьезному и справедливому дележу. А значит все богатства, должны, поделены поровну между нами.

Старший шкипер возразил.

— Да мы и так их делим поровну. Половина на один корабль наш, другая половина на ваш.

— Нет, я так не согласен корабли это пустые конструкции, главное это люди. И мои люди хотят, чтобы все было честно и как положено. Разве мои братья не рисковали своей жизнью и многие из них полегли в неравной схватке. Исходя из требований закона чести, я требую для нас четыре пятых добычи.

— Но ведь мы подписали документ, под которым стоит и ваша подпись, что все делиться поровну между кораблями.

— Не помню, что я подмахнул, а сейчас это просто клочок бумаги. В данный момент будет решать не замаранная бумага, а острые клинки. — Моник сверкнул саблей. — Ну, как будем жить по понятиям.

Пираты согласно загалдели, раздался свист. Стало видно, что назревает кровопролитие.

Старший шкипер постарался их урезонить.

— Давайте подождем, пока придет Висцин и Руслан, тогда и обговорим все наши проблемы.

— Проблемы у вас, у меня почти в пять, раз больше народу и если дело дойдет до схватки то вас всех перебьют как мышей.

— Иные бойцы могут стоить десятерых, к тому же у нас больше пушек.

— Это преимущество на море, а на суше мы возьмем вверх. Так что если хотите остаться в живых соглашайтесь на наши условия, иначе потом мы заберем все, а тех кто останется в живых повесим.

— Но это бесчестно.

Моник достал пистолет.

— Какая честь может быть у пирата. — И он выстрелил в ногу, тяжело ранив шкипера. — Вот так будет с каждым.

Возможно вспыхнула бы резня, если бы не крики.

— Висцин и Руслан идут.

Моник остановился.

— Ну ладно дам этим ребятам последний шанс.

Когда Висцин подошел он сразу заметил, что один из его помощников ранен, а пираты выстроились в угрожающую когорту.

— В чем дело братья.

— Да вот! — Крикливым тоном начал Моник. — Наши люди решили: прежний расклад не справедлив и что надо пересмотреть критерии дележа добычи. То есть делить по головам, а не кораблям, вы на это согласны.

— А если нет? — Спросил Висцин.

— Тогда будет драка и исход битвы решит численность и доблесть, особенно численность. — Подчеркнул Моник.

— Скоро сюда подойдет император корсаров Нагассана, и он нас рассудит. — Произнес Руслан.

— Я не признаю никаких императоров. Решим проблему сразу говорите согласны на мои условия или прольется кровь. — Моник навел пистолет на живот Висцина. Такое оружие было еще очень большой редкостью, и пират сильно гордился своим приобретением сделанным искусным мастером.