Далее все было как в кино. Василий пошел с правого борта, и швырнул гранату, угодил в ногу, опрокинув массивного робота.

— Не совсем точно и, тем не менее, неплохо. — Антон тем временем обошел киборга, и даже рискуя получить пулю в грудь, отвинтил крышку, избегая глаз-радаров, и поменял несколько команд. Машина зверь активно постреливала, причем она действовал довольно хитро, не атаковала в лоб, а заходила в тыл, а потом из пушки била по самому уязвимому месту.

— Вот видишь, Василий теперь повтори.

Юноша улыбнулся в ответ:

— Меня таким приемом не удивишь, вот смотри и любуйся.

Василий попытался отломать крышку, как робот его заметил и повернулся, на ходу дав очередь. Тем не менее, юноша едва успел сорвать панель управления, приведя робота в негодность.

— Не повезло он меня зафотонил!

— Да он тебя заплазмил! Лучше не пытайся во второй раз, хватит нам и одного антитерминатора. — Произнес Антон.

— Нет! — Василий тряхнула головой не хватить. И снова пополз, хотя на теле ныли синяки и одно ребро наверняка было сломана, пулями крупного калибра. Если бы не бронежилет, то научная карьера юноши славно закончилась на поле брани. Еще повезло, что бронированный монстр не применил пушку.

При движении он накрылся трупом весьма крупного дага целиком скрывшись за ним, так что, даже видя перемещение киборги принимали его за своего и не стреляли. Только одно плохо механический боец с пушкой не стоит на месте, а все время ходит ходуном и дергается. Василий, тем не менее, сумел на сей раз аккуратно подползти к роботу и перепрограммировать машину.

— Теперь мой дружок действуй. Только смотри живых не перепутай с мертвым железом.

А всем остальным я предлагаю отползти, не стоит рисковать своими жизнями.

Подобно предложение было весьма своевременным, так как под пушку попал еще один солдат, грудь пробило насквозь снарядом. Не смотря на риск, другие бойцы его отволокли. Постепенно стягиваясь в исходную точку. Другие электронные терминаторы были за программированы не стрелять в своих, по этому истребление напоминало выкорчевку сорной травы, подошел, выстрелил. Когда последний робот был уничтожен, перевербованные киберсолдаты двинулись к своим «нанимателям».

Олимпиада, видя, что бойцы готовы открыть огонь, подала команду:

— Отставить огонь, теперь это свои. Вторая беспрецедентная атака отбита, будем считать потери.

— Видно не мало будет. — Высказал предположение Антон.

Рота потеряла девятнадцать убитыми и примерно половину состава раненными, причем пятеро настолько тяжело, что они не могли сражаться.

— Примерно каждый четвертый у нас выбыл. — Олимпиада невольно набежавшую на ресницу слезу. — Жаль ребят.

— Хороший был бой, вероятно Янешь захочет просмотреть запись.

— О нем говоришь, ну конечно, он боевой, как и все мальчишки.

— Мужчины должны нести основное бремя войны.

— Не все порой и рохли встречаются! Вот, например, у нас в классе был один, так его даже девчонки тырили.

— А вас не били, вы какие-то слишком умные и «дохловатые»?

— Нет, у нас ценили живость ума, не все решали кулаки.

— Ну конечно, сейчас не средние века, да и игры вы надеюсь, играть умеете.

— В стратегии с удовольствием, любого рода, исторические, экономические, космические, вселенские, созидательные, антиматематические.

— Я тоже их люблю, хотя реальная война реалистичнее и веселее, а ты Вася, почему грустный?

— У меня ребро сломано.

— Надо лечь и успокоиться, я тебе вколю укол, и все зарастет. Ведь это очень сложно вести войну и не разу не пораниться. Ведь если стратегию проигрываешь, то боли не испытываешь!

— Это, смотря какую, есть такие военные квесты, что очень больно бьет током или нейтронами неумехе! Мы с братом именно такие и предпочитаем играть. — Ответил Антон.

— Ну, тогда я пас. Хотя посмотрите, самолетик летит. — Олимпиада указала в сторону где раздавался гул.

Действительно винтокрылый аэроплан мчался со стороны конфедератов. Он был выкрашен в голубой цвет, легко прыгая по воздушным волнам. На нем была изображена смешная эмблема человечка из детского мультика и состоящего из пузырей знаменитого Зинин Кроха, в одной руке он держал шприц, а в другой зажигалку.

— Собьем его или пожалеем? — Спросил Антон.

— А может это наш разведчик, или Янешь возвращается, на него это очень похоже.

— Да нашему малышу вполне по силам угнать такой примитивный самолет, а мальчик очень любит боевые эффекты.