— Разумеется, ваше величество.

В общем, Колбасьев покинул мой кабинет надворным советником, что соответствовало армейскому подполковнику или флотскому капитану второго ранга, да к тому же директором института связи при моем комитете. Правда, этот институт ему еще предстояло создать, но я был уверен, что Евгений справится, причем сравнительно быстро. Герца ему в замы по науке, а Попова… даже не знаю. Он с момента первого сеанса связи возился с каким — то устройством на металлическом порошке, пытаясь заменить капризный кристаллический детектор. Ладно, пусть становится завлабом и продолжает исследования. Может, в конце концов и выйдет что — нибудь дельное.

Уходя, Колбасьев не забыл поздравить меня с недавним рождением второй дочери. Я поблагодарил, причем искренне. С одной стороны, дочь — это не наследник, но этот пункт ныне уже не столь актуален. Мишка, по — моему, даже немного перестарался показывать всем, каким экстремистом он вырос, и теперь, к примеру, великий князь Михаил Николаевич считает, что даже я на троне все — таки лучше, чем если там окажется мой младший брат. И, с другой стороны, дочь хороша тем, что никакой гемофилии у нее в принципе быть не может, а этот вопрос меня все — таки беспокоил. Мне, кажется, удалось скрыть свое беспокойство от жены, но самому от него никуда не деться. Так что и всю ее следующую беременность придется чувствовать себя как на иголках — а вдруг, не приведи господь…

После вторых родов Рита восстановилась даже быстрее, чем после первых, и на ее фигуре (кстати, без всяких оговорок отличной) они никак не сказались. Правда, произошел небольшой такой, вполне терпимый сдвиг в психике. Он вбила себе в голову, что я могу переутомиться, и поэтому мне необходимо отдохнуть. Например, в Крыму. Или еще где — нибудь, но только не в Беловежской Пуще, потому что там зубры, они с рогами и могут затоптать, если на них охотиться. Поэтому мне лучше все — таки съездить в Крым.

— Нам, — уточнил я.

— Милый, ну куда же мне сейчас ехать — то, Свете всего два месяца! Нет, в ближайший год я из Гатчины никуда, так что езжай пока один.

— А в Черном море водятся акулы, — попытался отбрехаться я.

— Знаю. Они называются катраны, и отдельные экземпляры могут достигать метра в длину, но большинстве своем примерно сантиметров по шестьдесят. Кусаются только в том случае, если их схватить за хвост, но это очень непросто, они пугливые. В общем, не волнуйся, не съедят тебя эти морские хищницы.

— Тяжело иметь образованную жену, — вздохнул я. — Трудно вешать ей лапшу на уши. Но ведь если я уеду, ты тут вообще про распорядок дня забудешь? Вон, стоило мне задержаться на встрече с Победоносцевым, так ты с Юлей что — то до часу ночи обсуждала, а еще на меня киваешь, что я, мол, перерабатываю. Тебе тоже отдыхать надо.

— Так мы же не о делах беседовали! Точнее, о делах, но о наших. Юля, между прочим, в положении.

— И что, беседы на такие темы можно приравнять к отдыху? Учту.

Рита прыснула — наверное, представила, как мы с обер — прокурором Святейшего Синода глубокой ночью взволнованно беседуем о протекании беременности. Ну а я, раз уж с акулами у меня не прокатило, перешел к более весомой причине своего нежелания уезжать от семьи и работы.

— Вообще — то я не против смотаться в Ливадию на пару недель. Море там, солнце, пальмы…

— В Крыму они не растут, но ты продолжай.

— А вот и растут! Две штуки у второго подъезда Ливадийского дворца. Они в бочках, их на зиму внутрь убирают. Но все же ехать туда сейчас было бы не очень разумно — не нравится мне поведение дяди Володи. Они с полковником Секеринским явно что — то замышляют, ты оказалась права.

Вот такой аргумент сразу подействовал на мою благоверную, и наша беседа свернула в конструктивное русло.

— Тебе про них Ширинкин что — нибудь докладывал? — поинтересовалась Рита.

— Нет, но это еще ни о чем не говорит.

— Зато может на что — нибудь намекать. И вообще, раз уж такое дело, ты веди себя поосторожней. На следующей неделе вроде твою новую яхту на воду будут спускать — неужели присутствие императора там строго обязательно? Место же для покушения практически идеальное — толпа народу, большая и захламленная территория, беспорядок. Или ты считаешь, что его там не будет?

— Разумеется, дорогая! Мы же в России, откуда тут какие — то беспорядки? Они в Европе бывают, а у нас, если что — минуя все промежуточные стадии, сразу выдающийся бардак. Вот его я там не исключаю.

— Тем более. Может, эту яхту как — нибудь без тебя в воду столкнут?

— Увы, это будет неприлично. Но император там может появиться внезапно и неизвестно откуда, вот только… да, пожалуй, личина Андропова тут не годится. Старший механик тоже не подойдет, про этих типов Ширинкин знает. Остаются Шурик и Ржевский. Пожалуй, церемонию спуска украсит своим присутствием его нетрезвое благородие.