Облегчение, которое я испытал, было почти осязаемым.

– Тогда почему у тебя такой потерянный вид?

– А как еще прикажешь реагировать, видя человека, который походя, без видимых усилий опровергает фундаментальные законы магии разума?!
– в сердцах воскликнул Дар.

– Не истери, пожалуйста!
– поморщившись от острой вспышки боли в висках, попросил я.
– Давай конкретику.

– Как пожелаешь! Как маг я довольно слаб, но в теории магического искусства разбираюсь получше многих мастеров. И о таком понятии как максимально допустимая величина единовременно передаваемого объема знаний знаю не понаслышке. Она возникла не на пустом месте, а была оплачена жизнями десятков и сотен лишившихся разума одаренных. Ты недавно удивлялся, почему лесных стражей не обучают с помощью прямой передачи памяти. Да потому что это крайне опасно! Превысь допустимую величину - и вместо ученика ты получишь двуногое растение без признаков интеллекта. Это известно каждому сколь-нибудь квалифицированному магу. Но что я наблюдаю? За какой-то час с небольшим ты успел просмотреть два года моей жизни, которые по информативности превышают допустимую величину... НА НЕСКОЛЬКО ПОРЯДКОВ! А сделав это, не пускаешь слюни, не бьешься в предсмертных судорогах по причине сожженного от перенапряжения мозга, а невозмутимо заявляешь, что у тебя 'немного побаливает голова'!

Ну, сейчас бы я так не сказал. От криков Ушастика ежик, поселившийся в моей черепушке, снова недовольно заворочался и, судя по ощущениям, позвал в гости своих друзей. У-у-у... добейте меня, кто-нибудь! И чего Дар так разорался? Я столько раз демонстрировал ему свою необычность, что у него должен был иммунитет на удивление выработаться, а поди ж ты! Видимо, психика эльфа, расшатанная количеством пережитых за сегодня потрясений, по примеру моей, начала давать сбои. Что ж, поможем братишке прийти в себя!

Обхватив Дара за плечи, я тихо сказал в остроконечное ухо:

– Успокойся, возьми себя в руки. Ты же говорил, что не обижаешься на меня. Неужели, соврал? Или не обижаешься, но все-таки злишься, угадал? Нет? Тогда не понимаю, отчего ты разошелся. Да, я способен принимать большие объемы информации, и ты об этом прекрасно знаешь. Из своего экспериментального обучения языкам я секрета не делал, а с Муркой мы общались в твоем присутствии. Так чему же ты удивляешься? Или ты недоволен моей живучестью и решил добить, пока не поздно? Тоже нет? Тогда кончай орать, иначе у меня голова взорвется!

На последней фразе я все-таки сорвался, за что и был наказан новой вспышкой боли. Мое скривившееся лицо подействовало на Ушастика не хуже ведра холодной воды. Он остыл и, опустив взгляд, произнес:

– Прости, Ник. Не знаю, что на меня нашло.

Я разомкнул объятия и вяло отмахнулся:

– Проехали!

Получивший свободу эльф вскочил и принялся что-то искать в плошках на столе.

– Потерпи немного, я сейчас общеукрепляющее сделаю. У меня все ингредиенты готовы, осталось только смешать и процедить...

– Нет!
– решительно воспротивился я.
– Никаких зелий! В прошлый раз я справился без них, и ничего - выжил, хотя чувствовал себя хуже, чем сейчас. Так что обойдемся без химии. Крепкий здоровый сон - и все как рукой снимет!

– Не уверен, - покачал головой Дар.
– Возможно обратное - сейчас имеющиеся в твоем теле компоненты изменяющего зелья и нейтрализатора гасят губительные последствия принятия памяти, но как только организм вплотную займется самоочищением...

– Полагаешь, это твоя отрава повлияла на мои способности? А как же урок лингвистики от универсала в Ирхоне? Да и пара месяцев жизни в теле Мурки - не шутки.

Каюсь, тщеславием я не обделен. Ну, нравится мне думать, что это не просто побочный эффект портяночного настоя, а я такой весь из себя уникальный, и что? Могу я немного побаловать свое 'эго'? Благо повод имеется.

– Языковые знания по объему значительно уступают комплексным воспоминаниям. Сам подумай - голые речевые рефлексы с функцией автоматического поиска сходных образов в памяти получателя и продолжительный, насыщенный поток информации, поступающей сразу от всех органов чувств и объединенный сознанием донора. А по поводу памяти твоей подруги... ты же не станешь спорить с тем фактом, что ее мышление не идентично моему?

Вот кайфоломщик! Но с другой стороны - молодец. Так сформулировал, что даже завуалированного намека на оскорбление не найти.

– Ладно, не буду спорить со знатоком, - сдался я.
– Но все равно считаю, что с алхимией лучше повременить.

– Ник, твое необоснованное упрямство начинает меня нервировать.

Ага, обиделся, значит. Ну-ну, похимичить не дали!

– Необоснованное? А ты можешь дать гарантию, что компоненты твоего общеукрепляющего не вступят в бурную реакцию с остатками уже сидящих во мне зелий? Тебя-то после 'испытания воли' им не поили - я видел!

Ушастик задумался, но подыскать контраргумент не смог:

– Ладно, убедил. Иди, отдыхай! Только попроси Мурку, чтобы последила за твоим состоянием и чуть что - сразу звала меня.

– Хорошо, - я поднялся из-за стола.
– Кстати, Дар, предложение с моей памятью остается в силе.

– Буду иметь в виду, - кивнул эльф.

В сопровождении большой кошки я покинул кухню, на пороге умудрившись зацепиться плечом за косяк. Настроение, поднявшееся от предвкушения долгожданного отдыха, рухнуло куда-то в подвал. Я совсем упустил из виду, что благодаря памяти Дара у меня теперь в мозгах сплошная каша из навыков! Ушастик-то посубтильнее меня будет, отчего его умения, лежащие на поверхности сознания, конфликтуют с телом несколько больших габаритов. Неужели мне в который раз придется заново учиться ходить? Хотя, практика показала, что не все так ужасно. До кровати я добрался, умудрившись ни разу не споткнуться, но порадоваться этому достижению не успел - отключился, едва голова коснулась подушки.