Ну, что сказать... восторг и высшая степень охреневания были мне наградой за смелость. Или безрассудство - это с какой стороны посмотреть. В этот раз выполнять выученные назубок приемы было поразительно легко. Более того, привычного комплекса упражнений уже не хватало, чтобы достичь нового предела моей гибкости. Пробежавшись по начальному комплексу упражнений, я рискнул сесть на шпагат. Получилось, причем безо всяких усилий и хоть сколь-нибудь неприятных ощущений. Ай да чудо-эликсир!

Упиваясь свежеприобретенными возможностями, я понаклонялся в разные стороны, сделал мостик, легко коснувшись ладонями пяток, затем забросил ногу за голову, повторил коронный удар Ван Дамма... На этом моя фантазия иссякла. Прикидывая, чего бы еще такого вытворить, я наткнулся на взгляд Лисенка, с неприкрытым любопытством наблюдавшей за моими хореографическими подвигами. Вспомнив о том, что из одежды на мне только пара тряпок на щиколотках, каким-то чудом избежавших когтей Мурки, я самую капельку смутился и заметил:

– Вообще-то, подглядывать за голыми людьми некультурно.

– Так я же не подглядываю, а просто смотрю!
– с убийственной прямолинейностью возразила девушка.

Не найдя достойного ответа, я обреченно махнул рукой и вспомнил, что хотел помыться. Подойдя к бочке, обнаружил висевший сбоку неказистый глиняный черпак с короткой толстой рукоятью и небольшим отверстием в ней, куда была продета веревка с крючком из ржавого гвоздя. Сделав себе заметку на будущее - выяснить, кто так заботливо налаживает наш быт, и поблагодарить этого таинственного благодетеля, я принялся обливаться.

Чистая прохладная вода освежала и дарила наслаждение, ласковыми струйками стекая по телу. Поблаженствовав немного, я стал смывать подсохшую мазь, справедливо полагая, что свое она уже отслужила. Это оказалось делом нелегким - темно-коричневая субстанция въелась в кожу, обеспечив мне причудливую леопардовую расцветку. И даже вышеупомянутые тряпки, используемые в качестве мочалки, не особо помогли, хотя и заставили мой монохромный бодиарт чуточку поблекнуть.

Признав поражение в битве с эльфийской алхимией, я не стал противиться вылезшим из недр памяти инстинктам и по-кошачьи отряхнулся. Итак, первый пункт плана выполнен. Теперь нужно набить брюхо... Стоп! Мне показалось или я слышал голос Вики? Да, как это ни прискорбно, перекус откладывается - вернулись наши охотники. Ну, сейчас я устрою кое-кому веселую жизнь! Хищно оскалившись в предвкушении, я поспешил обратно в дом, догадываясь, что проникновенная нотация, будучи прочитанной с голым задом, вряд ли произведет нужный воспитательный эффект. Натянув портки с рубашкой, я не стал возиться с сапогами и вместе с хвостатыми вышел встречать добытчиков.

Одного взгляда на них было достаточно, чтобы понять - охота удалась. Вика с Даром несли по тетеревиной тушке, уже выпотрошенной и ощипанной. Котята, судя по довольным мордочкам и заметно округлившимся животикам, в накладе не остались. Увлеченные спором о том, как лучше всего поступить с добычей - запечь или сварить, нелюди подошли к дому. Лишь тогда эльф заметил стоявшего на пороге меня и замер, как вкопанный. Видимо, на него произвела впечатление моя физиономия маньяка-убийцы, на которой я постарался отобразить искреннюю радость встречи с предполагаемой жертвой.

Набрав воздуху в грудь, я уже хотел приступить к высокохудожественному показательному разносу, но не успел произнести ни слова. Молча, без предупреждения, без команды 'фас', Мурка сорвалась с места, пушистой молнией пронеслась по двору, прыгнула на Ушастика и повалила его на землю, придавив своим телом.

– Не надо!!!
– заверещала вцепившаяся в мою руку Лисенок.

Замерли ошеломленные котята, Вика от неожиданности выронила добычу, да и у меня самого - чего скрывать, сердечко тихо екнуло и опустилось куда-то в район копчика. К счастью, до крайностей не дошло. Марилана не спешила применять ни когти, ни клыки. Коротко рыкнув в лицо Дару, она повернула до жути довольную морду ко мне и отрапортовала:

– Я держу его, хозяин! Можешь обрывать уши!

Я осторожно выдохнул, с трудом удержав вертевшееся на языке крепкое словцо. Ну и денек! Полдень еще не наступил, а я дважды получил реальную возможность поседеть. Если так дальше пойдет, до наступления ночи я вряд ли дотяну. Загнусь от инфаркта, до которого меня доведет собственная горячо любимая семейка! Подумать только, еще вчера я упивался счастьем от мысли, что мы начинаем новую, оседлую, тихую и спокойную жизнь... Ага, размечтался! Суток не прошло, а от спокойствия - рожки да ножки. Как говаривал незабвенный Штирлиц, которого в понедельник повели на расстрел: 'Весело неделька начинается!'.

Встретившись с напряженным взглядом супруги, я отрицательно качнул головой. Понятливая орчанка легонько кивнула и уже с любопытством оглядела получившуюся бутербродную композицию, а я повернулся и прошептал рыжей на ушко:

– Все в порядке. Мурка пошутила.

– Правда?
– с надеждой спросила девушка.

Увидев отчаянную мольбу в ее глазах, я неприятно удивился. Каким же чудовищем меня считает Лисенок, если первым делом подумала, что в отместку за утренние издевательства я велел подруге растерзать Дара? И в чем причина такого отношения ко мне? Неудачное начало нашего знакомства? Или я перестарался с образом строгого отца-командира? Так, хватит гадать на киселе! Сейчас на повестке дня проблема поважнее.

Задвинув подальше уязвленное самолюбие, я продемонстрировал испуганному ребенку лучшую из своих доброжелательных улыбок. Эта гримаса, доведенная до автоматизма долгими упорными тренировками перед зеркалом в период постижения основ работы с клиентами, не единожды помогала мне завоевать расположение собеседников. Сработала она и на этот раз. Лисенок, робко улыбнувшись в ответ, соблаговолила выпустить мою руку из тисков.

– Хозяин?
– напомнила о себе марилана.

– Иду, - мысленно откликнулся я.