– Куда постоянно девается вся твоя смелость, м? Но всё-таки похвально, так держишься. Пытаешься, карабкаешься, хватаешься за свою жалкую жизнь, где тебя все ненавидят... – Мирослава сдавила её челюсть сильнее, после услышала хруст её костей и заулыбалась, радовалась. После, выпрямилась, засмеялась во всё горло и с безумными широко распахнутыми глазами, вдавила девчонку в стену, протыкая её плечо острой шпилькой. Вытащив её из окровавленного, сбитого тела, ударила её ногой по лицу, следом пнула её подобно футбольному мячу и поймав за руки, поставила ногу на её спину и потащила руки назад, наслаждаясь хрустом ломающихся костей, которые срастутся ещё не скоро. Слава во всё горло хохотала, но её смех перебивал громкий рёв страдающей девушки, которая оставалась в сознании. Вскоре, переломав все кости в её руках и повредив позвоночник, девушка кинула сестру на землю и присела напротив её лица, взглянув на неё с отвращением. Римма еле-еле дышала, не могла пошевелиться, еле слышно мычала что-то и не переводила взгляд с одной точки.

– Может прикончить тебя наконец? – усмехнулась Слава, но в этот момент на её плечо легла рука брата. Девушка косо глянула на неё и фыркнула, стиснув зубы. – Как обычно. Ладно, спасибо хотя бы на том, что дал мне повеселиться.

– Её глупость ещё может оказаться полезной, – тихо произнёс Макс, поглаживая плечо сестры. – Убьёшь её, когда эта девчонка пустит всё коту под хвост. А пока пусть помучается.

– Дашь ей крови? – выпрямившись, спросила Слава, скидывая с плеча руку брата.

– Нет. Пусть выкручивается сама, может что-то поймёт, – Макс и Мирослава направились в поместье, оставив девчонку лежать с переломанными костями. В доме Слава приказала слуге отнести тушку Риммы в её комнату и ни в коем случае не отпаивать кровью вампиров. Только медицинская кровь из пакетов, что бы мерзкая полукровка почувствовала, каково быть сломленной во всех смыслах этого слова.

Мирослава вернулась в свою комнату, в которой ранее жила в поместье, пожелав брату спокойной ночи. Девушка рухнула на аккуратно застеленную большую кровать, от которой приятно пахло стиральным порошком и уставилась на потолок. Её комната была чище, чем тогда, когда Мирослава тут жила. Видимо, Элизабет еженедельно делала тут уборку, несмотря на то, что комната никому не принадлежит. Девушка улыбнулась краем губ и тяжело вздохнула, достав из кармана телефон. Включив его, её улыбка стала шире. На заставке была фотография мило улыбающегося кареглазого шатена, который смущённо отводил взгляд. Девушка прижала телефон к груди и закрыв глаза тихо рассмеялась, поворачиваясь на бок.

– Мы... мы будем вместе... – прошептала она, вдыхая свежий аромат простыней её холодной постели.

Коттедж Кросс. Среда, 7 сентября. 6:30.

Я распахнула глаза, ощущая, как под боком что-то шевелится. Недовольно промычала и приподнялась на локтях. Слипшимися глазами в которые врезался яркий свет из окон, окинула сонным взглядом комнату. На полу валялась одежда, маленькие подушки, а под боком ластился чёрный кот, которого уж точно назову Дракулой. Я потянулась к нему пальцами и прижала одеяло к обнажённой груди, одновременно безнадёжно вздыхая. Я голая. Абсолютно голая. Я переспала с вампиром. С самого детства меня учили их убивать, а в итоге один из них оказался в моей постели. Ирония, да? Может быть кто-то бы и посмеялся над этим. А мне как-то не смешно... Нет, я не хочу сказать, что мне не понравилось. Эту ночь можно отнести к самой лучшей, потому что предыдущий опыт был ужасный. Но... Господи, я не собиралась с ним спать. Даже целоваться... Было бы достаточно поболтать. Этот парень... бессмертный, ходячий сексуальный труп, от одного вида которого, я мимолётно, а иногда и нет, думаю о пошлостях. А после случившегося... Кажется, я либо начну его шарахаться, либо как одержимая буду клеится. И даже не знаю, что страшнее, потому что твёрдо уверена, что золотой середины никак нет.

Кот мурчал, распластавшись по кровати, а я смотрела в одну точку, обдумывая всё, что я натворила. Самое обидное, что я не знаю с кем об этом поговорить. Не знаю. Кэтрин не скажешь о вампирах, а мама убьёт меня к чертям собачьим. На форуме высказаться? Да ну, бред.

– Ну-с, Дракула? – я взглянула на кота, тяжело вздыхая и кривя брови. Он вцепился когтями в бинт и задел подсохшую корку. Омерзительное чувство. Больно, колко. Оттянув руку от игривого котика, я снова вздохнула и ступила на холодный пол. В воздухе до сих пор кружил запах мяты и мужского геля для душа. Интересно, какой аромат исходил от него при жизни? Вероятно, запах древних пыльных манускриптов, дерева, дыма, сырости, пота... Даже не знаю. Ох, я снова о нём думаю. Нет, постоянно о нём думаю. Надо с этим что-то делать иначе окончательно потеряю рассудок... из-за вампира, Господи Иисусе! Кто-нибудь, влепите мне смачную затрещину, что бы одумалась. Остановилась. Ах, нет, он решил не забирать свою байку и снова оставить её мне. Козёл.

Я подхватила со стула лифчик, застегнула его, натянула трусы, которые неведомым образом висели на дверце шкафа, взглянула на себя в зеркало, цокнула недовольно, хотя по-идиотски улыбалась. На шее, ключицах, животе, бёдрах – засосы. Синеющие, пурпурно-красные, фиолетовые. Легко коснулась пальцами шеи и по телу разошлась приятная будоражащая дрожь, а перед глазами вставали картинки прошлой ночи. Как он целовал меня, шептал что-то невнятное, пытался укусить и его руки, ох, какие же они нежные. Прикусив губу и закрыв глаза, я выдохнула, и попыталась сосредоточится на том, что мне нужно собираться в школу и постараться не думать о сексе и Карсе хотя бы немного.

Натянув на себя джинсы с высокой талией и стрейчевый топ телесного цвета. Я завязала волосы в неаккуратный хвост из которого хаотично выбивались кудрявые пряди. Подведя глаза и накрасив ресницы, я хлопнула себя по щекам, что бы убрать сонную бледность, взяла с собой сумку с учебниками, телефон и спустилась на кухню.

В маленькой светлой комнатке, где гудел холодильник, бурлил электрочайник и шкворчали гренки на раскалённой сковороде – суетилась Моника. Сонная, растрёпанная и уставшая. Её глаза были окружены серыми кругами и красными подтёками – не спала и плакала. К тому же не ела. Совсем ничего. Даже жалкую белочку не удалось заморить. Надеюсь, совет не доберётся до Моники, как до обращённой и жены Яна. Мне на самом деле искренне её жаль и я не хотела бы, что бы малышка Мелисса осталась на воспитание одному из кланов вампиров. Она заслуживает внимания настоящей матери. Даже не представляю, что ей скажет Моника, когда малышка подрастёт и будет расспрашивать об отце. А ещё мне жаль, что Ян оказался настолько глуп, что так быстро попался, только явившись в Трансильванию спустя столько лет.

– Доброе утро! – улыбнувшись, я быстро сделала себе маленькую чашку кофе и пристроилась у тёмной тумбы, заставленной баночками со специями, макаронами и крупами. Мама очень любила готовить, наверное, повернулась на этом после того, как родила Талера. Когда в нашей семье стало на одного человека больше, мама фактически отошла от дел и занялась нами, пока отец месяцами пропадал на заданиях от ГОЗГ и возвращался либо раненый, но с приличной суммой денег, либо целый, но с парой копеек в кармане. Даже не знаю, где они только брали деньги на дома и на всё, что у нас есть. Думаю, важную роль в этом сыграла Кармелита. Богатая, влиятельная женщина цыганской наружности.