– Логично,- сказал Макс, почему-то непонимающе глядя на нас.

Мне нужен фотоаппарат! Срочно! Вы хотя бы представляете, как редко Макс выглядит ничего непонимающим?!

– Если кто-то хочет, чтоб на его могиле были розы, то розы нужно покупать сейчас же. Потому что потом они уже ничего не будут значить. Вот что я об этом думаю. Так что оставь это себе,- он кивнул на сверкающий цветок в моих руках, а потом спросил: - Так что за песню ты выбрала?

Я тихо произнесла название. Назвала свою любимую песню, они её уже давно знают.

Макс стал искать аккорды, Дима что-то говорил про барабаны, а я не слушала, но внимательно за ним следила.

Второй раз за день со мной случилось неожиданное открытие. Я будто впервые увидела Диму, которого, кажется, знала всю жизнь. Не знаю, как это можно объяснить. Вот тебе кажется, что ты знаешь человека, а он вдруг скажет что-нибудь этакое или выкинет совсем неожиданную штуку, и ты сразу понимаешь, что никогда не знал об этой персоне ничего. Совсем ничего. Так вот сейчас я вдруг поняла, какой же Дима замечательный. Ну, я всегда знала, что он хороший, но я же никогда даже и не думала, что он хорош настолько. Боже, я даже не могу найти слов, чтобы объяснить, кто он такой. Он идеальный. Вот чудно! Я-то всю жизнь думала, что идеальных людей не бывает, а такой экземпляр всё время был у меня перед носом. А я не замечала.

– Ну, что? – спросила я, наконец.

– Сыграть это можно, но как-то сложно.

– Можно! – сказала я главное слово.

– Можно? Ладно! – с хитрой улыбкой сказал Макс. – Только что будешь делать ты?

– Я не знаю. Сейчас придумаем что-нибудь.

– Ну-ка, спой за мной,- Макс запел отрывок из песни.

Я повторила. Он только скривился:

– Бедные мои уши.

– Держи! – Дима всучил мне в руке бубен.

– Бубен? – я стала возмущаться. – Это даже не музыкальный инструмент! Барабаны – это чертовски круто! Гитара тоже! А бубен?! На бубне только цыгане играют!

Я решительно бросила бубен на кровать.

– Нет, я на этом играть не собираюсь!

– Да ты бы не потянула даже,- усмехнулся Макс. – С твоим-то нулевым слухом…

– Ты помолчи лучше,- приказала я ему жёстко.

– Ладно,- вздохнул вдруг Дима. – Это можно сыграть. Нужно просто репетировать.

– До кастинга неделя,- объявила я.

– Неделя! – вспыхнул Макс. – Думаешь, легко выучить новую песню за неделю? Там ведь переборы. Для меня ничего хуже нет.

– Не справишься? – я усмехнулась злобно.

– Справлюсь. Но я не хочу из кожи вон лезть…

В моей голове родилась гениальная мысль, и я тотчас её озвучила:

– Я знаю, кто тебе поможет! Я знакома с одним гитаристом, у кого с переборами всё отлично! Вместе вы точно разберётесь!

Взгляд Макса был не просто недовольным, он был супернедовольным.

– Ник! – объявила я.

– Какой ещё Ник? – он устало дотронулся до переносицы.

– Никита Вишневский,- принялась объяснять я. – Парень из перехода, который заплатил за нас с Алексом. Помните? Я ведь рассказывала вам.

– Я же его даже не знаю.

– Познакомлю! И да,- у меня снова родилась прекрасная идея. – Ты возьмёшь над ним шефство!

– Какое ещё шефство?

– Он ведь революционно настроен! Он тоже в курсе того, что будет во время выборов. И поэтому нас нужно его завербовать для Ориона. Понимаешь? Он планирует, во что бы то не стало, уехать за границу. А нам нужны люди за рубежом.

Макс выходил из себя.

– Потом с этим разберёмся,- сказал он, взяв себя в руки и глубоко вздохнув.

– У нас всего неделя,- думал вслух Дима, крутя в руке барабанные палочки. – Когда мы репетировать будем?

– После школы!

– А где?

– У тебя дома!

– А спросить? – Дима посмотрел на меня и понял, что я не из тех, кто станет спрашивать.

Я не за что не стану спрашивать, если уже знаю ответ. Это глупо. Это насадила мораль. А морали доверять не стоит. Она ведь с каждым днём новая. Мне об этом рассказывал Алекс. Кажется, это называется «окно Овертона». Но я не запоминала. Я просто в очередной раз отметила для себя, что ничему в мире доверять нельзя. Кроме друзей, разумеется. Кроме надёжных и верных друзей. Это единственное в чём всегда можно быть уверенным.

В тот вечер мы долго обсуждали песню, которую я выбрала, время для репетиций и всё в этом духе. Для меня занятия мы так и не придумали. Макс всё ещё пытался увернуться от моей затеи, но я была настроена слишком уж решительно, чтобы отменить все планы. Ведь сейчас зима! Так скучно! И вот я нашла что-то, что скрасило бы мне эту самую скуку.

Всю следующую неделю после школы мы сразу же шли к Диме домой. Там мы опустошали его холодильник, а потом поднимались наверх, и парни играли до самого вечера, пока родители Димы не возвращались с работы домой.