Регулусу явно не терпелось поговорить с братом наедине.

– Я, пожалуй, пойду, – пробормотала Гермиона и направилась к выходу.

К ее удивлению, Регулус поймал ее за руку и притянул к себе.

– Спокойной ночи, – нежно пожелал он, коротко поцеловав ее в щеку.

Гермиона улыбнулась. Раньше неотложные дела не позволяли ему выделить минутку на прощание.

– И тебе, – шепнула она.

***

Выплакавшись как следует, Нарцисса наколдовала немыслимое количество косметических заклятий, чтобы скрыть следы слез, и направилась в покои Люциуса, намереваясь поговорить с ним еще раз. Она не знала, что именно скажет, однако коридор был достаточно длинным, чтобы подумать над этим. Она медленно шла вперед с высоко поднятой головой, вслушиваясь в стук собственных каблуков. В голове неотвязно вертелась мелодия, от которой ей всегда хотелось плакать.

– Победитель забирает все*, – одними губами произнесла она.

Да, победителем, несомненно, остался Люциус. На его репутацию развод особо не повлияет – во все времена выгодно быть мужчиной. Люциус вполне может жениться вновь, а что она? Ведь никто, точнее, некто не предлагал ей руку и сердце. А даже если и предложит, имеет ли она право согласиться? Лорду Макнейру следует найти молодую жену из хорошей семьи. А бывшая леди Малфой – это… позор. Нарцисса на секунду прикрыла глаза. Она бы никогда так не поступила с Уолденом, ни за что. Она сглотнула, прогоняя вновь набегающие слезы. Что же Сириус натворил? И пути назад нет. Ничто уже не повлияет на решение Малфоя. Даже Паркинсоны не скажут слова против – они в некоторой степени зависимы от дома Малфоев, вдобавок – как там Люциус говорит? – они закрывают глаза на «некоторые нюансы поведения мисс Паркинсон». Это обязывает будущих родственников еще больше. Нарцисса сжала кулаки. Она терпеть не могла эту взбалмошную девицу, однако она была единственной наследницей богатого семейства, и после смерти ее отца все их имущество перейдет в распоряжение семьи Малфой, так как Панси будет женой Драко. По мнению Люциуса, ради такого барыша стоило потерпеть бестолковую невестку, ведь границы допустимого она все же не переходит.

К моменту, когда Нарцисса остановилась у дверей спальни мужа, она уже была вне себя от злости. Интересно, а что предложил Люциусу Сириус взамен на ее «свободу»? Не мог же Люциус просто так выпустить из своих цепких рук Блэк-парк! Сколько она стоит, по мнению Малфоя? Она постучалась и, не дожидаясь ответа, вошла. Люциус стоял у окна. В комнате было темно, и Нарцисса видела лишь его силуэт.

– Это снова ты, – не оборачиваясь, произнес он. – По-моему, мы уже все обсудили.

Злость вмиг улетучилась, и Нарцисса опять едва сдержала слезы. Почему он никогда не любил ее? Ведь она была идеальной женой. Она в растерянности замерла посреди темной комнаты, поняв, что так и не придумала, что скажет. В самом деле, не будет же она просить его забрать ее обратно, как бездомную собачонку.

– Когда подпишем бумаги? – сдавленным голосом прошептала она – хотела сказать громко и небрежно, но не получилось.

– Завтра к обеду лорд Стивенсон все подготовит, – бесстрастно ответил Люциус.

– Хорошо, – Нарцисса почувствовала, что в ее голосе явственно зазвучали слезы, и повернулась, чтобы уйти.

Однако не смогла.

– И это все? – она вновь обернулась к мужу. – Мы прожили вместе восемнадцать лет, и ты даже ничего не… не чувствуешь?

Люциус по-прежнему стоял к ней спиной.

– Люциус! Ответь мне! – требовательно воскликнула она.

Слезы опять покатились по щекам.

– Почему ты никогда не любил меня? – не выдержала она. – Я все всегда делала правильно, меня не в чем было упрекнуть…

– Нарцисса, – тихо произнес он, – я знаю это даже лучше тебя. И знаю, чего тебе все это стоило.

Повисло молчание. За окном начинался танец первого снега. Малфой обернулся, но она не видела его лица в темноте.

– Мне всегда было удобно оправдывать свои измены тем, что нас не спрашивали, когда обручили. Мы… случайно были вместе, – он помолчал. – Хотя я знаю, что на самом деле меня это ни капли не оправдывает. Но мы с тобой как раз из той породы людей, которым нужна их полная противоположность рядом, чтобы быть счастливыми.

Нарцисса стояла неподвижно.

– По-моему, нам подвернулся удачный случай все исправить. После войны никому еще долго не будет дела до нашего развода – настоящая буря так и не разразится. И, согласен, мне подвернулась возможность еще и извлечь из этого выгоду. Такой уж я, – он развел руками. – Но я не собираюсь портить тебе жизнь, Цисси.

Он чуть ли не впервые назвал ее так.

– Я никогда не стану комментировать наш развод, – он усмехнулся, Нарцисса скорее почувствовала это, чем увидела. – Если, конечно, ты тоже не станешь этого делать.

Нарцисса сохраняла молчание – она была совершенно растеряна.

– Я благодарен тебе за Драко, – полушепотом сказал Люциус. – Это искренне. И спасибо, ты действительно была идеальной.

Он подошел к ней и поцеловал холодными губами в лоб.

_____________________________________________________________

* – ABBA – The Winner Takes It All (по-моему, хорошо подходит к отрывку)

========== 40. Игры разума ==========

Череда однообразных, вязких и серых, как трясина, дней вдруг прервалась – однажды утром Кэти проснулась, едва рассвело, и увидела за окном белый ровный покров. Выпал первый снег. Чистый, пушистый, похожий на кремовую верхушку праздничного торта. И Кэти, наконец, улыбнулась. Ощущение было такое, словно этот снег присыпал и страшную язву в груди, мучающую ее изо дня в день, впивающуюся какими-то щупальцами в легкие и стискивающую их так, что дышать становится невозможно. А теперь ее покрыла корочка льда, притупила боль, и Кэти будто кто-то встряхнул за плечи и сказал «Очнись». Она снова сделала вдох после стольких дней сводившей тело болезненной судороги.

– О, мисс Белл, вы уже проснулись, – леди Блэк была приятно удивлена, заглянув к ней в комнату.

Они с мисс Морроу каждое утро приходили к ней, сами приносили завтрак и в последнее время старались разговорить. Это было странно. Леди ухаживали за ней, не привлекая к этому домовиков. Кэти не знала, за что ей оказана такая честь. Поначалу ей было неловко от того, что эти красивые холеные женщины возятся с ней, но сегодня утром Кэти поймала себя на том, что рада видеть их. Возможно, она не совсем безразлична им, раз они приходят каждое утро. Хотя глупо так думать – они ее не знают. Ясно ведь, что они заботятся о ней из сочувствия.