Ко мне придвинулись охранники. Один все норовил схватить меня за шиворот и выкинуть, но я оказался ему не по зубам. Подключились его товарищи, однако за их спинами вовремя появился Гонза Кубинец. Он вклинился в секьюрити, как ледокол в торосы. Ближнего к себе охранника отправил в полет через два стола, второй согнулся от серии ударов в почки и печень и завалился на пол. Карапуз скис, но с мыслью остановить меня не расстался.

Его мечтания оборвала Химера — двинула коленкой в междуножье и припечатала сумочкой лысину. Карапуз скуксился и рухнул под стол. Приземление, видимо, не было жестким — там уже лежал настил из бессознательных тел солдат его маленькой личной армии.

За хулиганское поведение нас в три минуты выставили из казино без права когда-либо туда возвратиться. Управляющий «Хрустальным грифоном» собирался вызвать полицию и передать нас в ее справедливые руки, но быстро передумал: меня узнал начальник охраны казино и посоветовал патрону не суетиться.

Оказавшись на улице, Химера зябко поежилась и недовольно заявила:

— Надеюсь, вам удастся все объяснить!

Она еще не знала, что мое сердце теперь предано ей безраздельно…

Собрав всех за большим столом в кухне, я обрисовал ситуацию. Рассказывая о возможном визите непрошеных гостей, которые вполне могли быть грабителями с весьма специфическими вкусами и запросами, заинтересованно следил за Табачником, невозмутимо расставлявшим тарелки и выкладывавшим узором вилки и ножи. Я в ту минуту мало думал о деле — больше меня занимала перспектива отужинать в обществе прекрасных дам. Это удовольствие не мог омрачить даже факт присутствия за ужином Гонзы Кубинца, взъевшегося на меня за то, что я заставил его исполнить роль оруженосца. Надолго ему хватит ворчаний и упреков…

Ян Табачник одарил нас в тот вечер тушеным молодым кроликом с яблоками и в белом вине. Кроличье мясо прямо таяло, коснувшись языка! Проглотив по порции, мы в один голос потребовали добавки, которую и получили, несмотря на насупленные брови Табачника. Мясо я запил литром светлого нефильтрованного пива. Подумал было, что стоит спуститься в Хмельной подвал и хоть на йоту сдвинугь остановленный до лучших времен процесс, но… Настенные часы, выполненные в виде двух бочонков пива, за какой-то надобностью снабженных часовой, минутной и секундной стрелками, показывали семь. Рано, конечно, однако если учесть, что ночь, вполне возможно, будет беспокойной, кратковременный отдых никак не помешает. С тем я и покинул ставку главнокомандующего (кухню) до полуночи. Поднимаясь на второй этаж, ломал голову, почему мы едим на кухне, а не как все порядочные люди в столовой? К определенным выводам так и не пришел. Зато быстро добрался до спальни, по дороге заглянув в библиотеку и вооружившись увесистым томом Бориса Копытского.

Книга называлась «Пепельная голова». Странное название. На чтение совсем не вдохновляло. Будь какой-нибудь другой автор, никогда бы не обратил на сей талмуд внимания и не купил бы. Но Борис Копытский — прекраснейший стилист и философ! Дебютировал несколько лет назад с романом «Сто лет женщин», который мгновенно стал супербестселлером, обогатив ранее никому не известное провинциальное издательство. Я не пожалел, что потратил на него время, как и на следующие три книги. «Пепельную голову» пока не читал.

Предвкушая удовольствие от общения с любимым автором, забрался в постель. Открыл первую страницу, проглотил два абзаца и не заметил, как заснул…

Кто-то настойчиво тряс меня за плечо. Разлепив неохотно глаза, я обнаружил, что рядом сидит Гонза Кубинец, ехидно ухмыляясь.

— Что? К нам уже вломились? — зевнул я.

— Нет. Но ты вроде говорил, что спустишься в полночь… — напомнил Гонза.

— И? — Так и не понял, что он имеет в виду.

— Уже половина первого, — сообщил Кубинец. — Ты, похоже, намерен всю работу свалить на меня и девочек? Твой коронный стиль!

Я отмахнулся от Гонзы, выбрался из постели и посмотрел на себя в зеркало — выглядел не ахти как… Костюм помялся (раздеться перед сном я не удосужился). Хорошо хоть не в шляпе…

— Через десять минут спущусь, — пообещал я.

— Вообще-то твое присутствие необязательно, — порадовал меня Гонза.

— Тогда за каким будил? — возмутился я.

— Маленькая месть, — пояснил Кубинец, поспешно покидая комнату, пока она не превратилась в полигой для испытания ядерного оружия ближнего действия.

Рассудив, что заснуть все равно уже не удастся, я решил спуститься к обществу. Старался идти бесшумно, чтобы мое появление не было воспринято как блуждание стада носорогов. Но армия была начеку. Сфинкс накинулась на меня, как только я ступил на твердую палубу первого этажа. Сбила с ног, повалила на пол и заломила руки за спину. Не знаю уж, за кого она меня приняла, но вежливого обращения не встретил. Лишь объявив, кто я и зачем приперся вниз, топая как слон в музее древнегреческого искусства, добился освобождения.