Разобидевшись на весь мир, забрел на кухню, где провел ревизию пивных запасов. То ли Ян Табачник воспользовался моим приглашением и совершил разбойничий налет на пивной арсенал, то ли гарнизон осажденной крепости внезапно сошел с ума от жажды — в наличии имелось всего две поллитровые бутылки. А ведь еще утром я лично насчитал в холодильнике два десятка!

Вытащив добычу, на цыпочках пробрался в гостевой кабинет. Впотьмах двигаться по холлу, пусть и пустому, весьма сложно. Так и норовишь наступить на чью-то ногу, сбить вазу с цветами, которая неизвестно как выросла на твоем пути…

Достигнув цели, я упал в свое кресло, закинул ноги на стол, одну бутылку отставил, вторую же принялся приходовать. Потягивал пиво, закрыв глаза и наслаждаясь тишиной. В кои-то веки этот дом не разрывался от воплей Гонзы Кубинца и иных посторонних, стремившихся подключить меня к розыску кого-то, к поиску преступников и пропавших драгоценностей…

И не заметил, как отключился, выронив бутылку. Слава богу, она уже пустела — иначе на ковре образовалось бы Ладожское озеро.

Очнулся я от грохота. Задел нечаянно злосчастную посудину, которая лавиной покатилась по полу и была остановлена ножкой гостевого кресла. От неожиданности я подскочил, озираясь по сторонам в поисках вломившихся в мой дом грабителей. Мозг не сразу осознал, что сам я и есть источник переполоха.

Отдышавшись во мраке, совсем собрался вернуться в кресло, но уловил тихий шорох, идущий от окна. Замерев на месте, стал ждать, превратившись в живую статую… Неплохая идея — подрабатывать на улицах Петрополиса подобным образом! Когда решу бросить работу детектива и не захочу больше варить пиво, искупаюсь в серебряной краске и замру на каком-нибудь углу с огромной широкополой шляпой в руке!

Пока я сочинял композицию, выбирая, кем мне лучше выступить — Робин Гудом, Иваном Сусаниным или Иоанном Грозным? — шорох усилился, перерос в глухой скрежет. Заколыхались шторы, и в кабинет ввалилась первая нескладная фигура. Взломщик повернулся спиной, помогая забраться кому-то еще. Я одним прыжком преодолел расстояние между нами и попытался сбить его с ног, но был отброшен в сторону нечеловеческой силой. Ударился о шкаф, из которого посыпались на мою черепушку книги и папки с бумагами. В полете опрокинул монитор, разлетевшийся вдребезги. Похоже, счет к семейству Епифановых увеличился…

Осознав, что они обнаружены, посетители попытались смыться с места преступления тем же путем, но потерпели в этом предприятии фиаско. Кто-то вбросил их обратно в окно. Посыпалось разбитое стекло. С осколками в кабинет запрыгнула грациозная серая фигура и тут же накинулась на попытавшегося встать на ноги «гостя».

Дверь гостевого кабинета распахнулась. Сноп яркого света ударил в глаза. Когда зрение восстановилось, я обнаружил двух амбалов, которые сидели на полу, накрепко связанные. Возле них стояли Сфинкс и Химера. Гонза Кубинец в ночной пижаме подпирал дверной косяк, почесываясь и позевывая.

— Вы этих ждали? — поинтересовалась Химера.

От ее голоса я собрался было растаять, но подумал, что делать это прилюдно — все равно что предложить интимную близость на арене Петропольского цирка.

— Хрен их разберет! — Я неторопливо поднялся на ноги.

Кубинец рассмотрел на полу разбитый монитор и театрально закатил глаза.

Забравшиеся к нам личности не представляли из себя ничего сверхъестественного. С подобными за последний день я сталкивался неоднократно. Взять хотя бы, к примеру, весь штат администраторов казино «Хрустальный грифон»…

— Давайте запрем этих жмуриков куда-нибудь до утра, а утром разберемся, — предложил я.

«Гостям» очень не понравилось существительное «жмурик», примененное к их персонам. Но кто спрашивал их мнение?

Сфинкс подхватила одного, Химера вздыбила другого, вывернув его связанные руки на излом.

— Куда вести арестантов?

— Если поместить их в Хмельной, то есть микроскопический шанс недосчитаться потом продукции… Лучше привяжем их к печной трубе на крыше!

Сфинкс хохотнула. Химера саркастически ухмыльнулась. Кубинец посмотрел на меня, как на умалишенного.

— А что? Конечно, не лучшее знамя для агентства, однако, по крайней мере, будем уверены, что они не сбегут: прыгать с нашей крыши небезопасно… — развил я свою мысль.

Судя по гнусным физиономиям пришельцев, они вообразили сначала, что их берут на испуг. Когда же Химера и Сфинкс поволокли их за мной на чердак, а затем на крышу, спокойствия у них поубавилось. Они взирали на меня, как провинившиеся карапузы на злого папашу, который снял ремень в воспитательном раже.

Сфинкс накрепко привязала обоих к печной трубе, которая давно торчала без дела, поскольку дом был подключен к центральному отоплению. На улице разгулялся прохладный ветерок. Мы поспешили ретироваться в дом, не беспокоясь о том, что ночные гости дикими воплями поставят на уши всю округу: кляпы, которые скрутила Химера из двух моих грязных рубашек, плотно запечатали рты незнакомцев, перехваченные для верности веревками. Не выплюнуть.

— Теперь по койкам! — объявил я, но на всякий случай спать устроился в кабинете у разбитого окна.

Утро началось с того, что в нашем доме объявились спасатели из Министерства чрезвычайных ситуаций. От настойчивого трезвона первым проснулся я и отправился открывать. После нервной ночи с полетами через стол я долго не мог понять, чего от меня хотят люди в голубой форме и за каким чертом они вообще приперлись в такую рань. Минут десять выяснял мутные моменты. После чего дико расхохотался, соображая, как отделаться от ответственных спасателей.