– Карин, я… – он сделал глубокий вдох, – люблю тебя.

Обида перешла в апофигей и сопроводилась отвалившейся челюстью. Поскольку девушка впала в прострацию, Тоширо наклонился и поцеловал её, вкладывая в это действие всю нежность и жажду, которые испытывал. Сначала он легко коснулся губ девушки, позволяя ей отстраниться в случае чего. Потом его правая ладонь легла на шею брюнетки, при этом указательный палец находился под мочкой уха, а большой чуть поглаживал щёчку, поцелуй стал более тягучим, жарким.

"Попробовала?" – возникла ехидная мысль на задворках сознания, и Куросаки подалась вперёд.

Мужчина внутренне расслабился, когда почувствовал, что Карин начала отвечать. Осмелев, Тоширо притянул её ближе за талию и голову, углубив поцелуй, та, в свою очередь, прильнула к беловолосому, едва касаясь пальцами его лица.

Пропуская его язык вглубь рта, Карин инстинктивно напряглась. Предыдущий опыт французских поцелуев приятным назвать было нельзя, но расстраивать Тоширо она не хотела. Однако, к её удивлению, оказалось не так страшно. Все действия мужчины были приятны до дрожи, а его язык во рту брюнетки вызвал чувство наполненного удовлетворения и правильности происходящего.

"Хочу", – билось пульсом в висках девушки. Как ни странно, именно эта мысль вернула Куросаки с небес на землю. Она с внезапной ясностью поняла, что "хочу" и "люблю" – это принципиально разные понятия, а так играть с чувствами друга она просто не имеет права. Поэтому стоит засунуть свои гормонально-эгоистичные желания куда подальше, пока это не принесло большей боли, чем может сейчас.

Перемежая затянувшийся поцелуй короткими паузами для восстановления дыхания, Карин, в конечном итоге отстранилась от Хицугаи и, не глядя ему в глаза, прошептала: "Прости". Теперь в отсадок выпал блондин.

Резко развернувшись, пока он не пришёл в себя, Карин рванула прочь.

Энциклопедия синигами. Flashforward.

Закатное солнце золотит облака. Внизу виднеется множество белых зданий с желтыми "небесными" крышами, которые образуют лабиринт, а вот зелени почти нет. Куросаки нравится вид на бескрайнее небо, как и на Сейрейтей сверху. На территории первого отряда полно таких вот высоких закоулков, где можно посидеть наедине с собой или своим дзампакто.

Дела с дзампакто не ладились. Тоникко была высокомерной и горделивой, как заправская эльфийка, но вместе с тем вспыльчивой и воинственной, даже, иногда, кровожадной. Первое время Юдзу была уверена, что это – ошибка, и данный дзампакто должен принадлежать старшей сестре – столько между ними было общего. Но вскоре младшая поняла, что Карин бы ни секунды не протянула с себе подобной, зато приёмы, с успехом работавшие на близняшке, работали и на Тоникко. Да, упорства и упёртости Юдзу хватило, чтобы узнать имя дзампакто, но дальше этого дело не пошло. Дзампакто психовала, уходила в игнор, снова рвалась в бой и напрочь отказывалась продолжать работать в четвёртом отряде.

Юдзу тяжело вздохнула и, бросив короткий взгляд назад, спросила:

Простите, Хисаги-тайтё, я заняла ваше место? – в карих глазах мелькнули хитрые искорки.

Капитан девятого отряда вздрогнул, поскольку не рассчитывал, что его обнаружат.

Э-э, нет, что вы, - стушевался Хисаги, - ни в коем разе не хотел вам мешать.

Куросаки оценивающе смотрела на капитана снизу вверх. Мацумото-сан отзывалась о нём, как о милом юноше (в её-то годы каждый второй синигами будет юношей). А Юдзу видела его в битве – хладнокровного, расчётливого, с острым, как сам Кадзешини, взглядом, что пугало юную Куросаки. Но, возможно, именно он поможет ей научиться обращаться с неуправляемым дзампакто.

О-о, это ваш шикай? – как настоящий синигами, Хисаги потянулся к чёрному мечу, лежавшему на коленях девушки.

Не советую, - Юдзу немедленно вернула дзампакто в запечатанное состояние и встала, - она своенравна и довольно кровожадна. Отрезанные пальцы любопытных – её классическая шутка, - строго произнесла она.

Хм, не то, что ожидаешь от офицера четвёртого отряда.

Ей там тоже не нравится, - Куросаки расстроено оглядела меч. – Но, по правде говоря, я не знаю, есть ли смысл переходить в другой отряд.

Сначала Казешини смотрел глазами хозяина, с раздражением любуясь лепечущей девицей. Но в какой-то момент, поймав отражение в карих глазах синигами, он увидел ЕЁ. Больше всего она напоминала помесь огненного элементаля с газовым. Золотистые волосы, собранные в высокий хвост, никак не сочетались с мраморно-белой кожей, окруженной едва видимым маревом. Светлые летящие одежды смягчали острые черты лица, а, встретившись с её глазами, Казешини вздрогнул: чёрные, ничего не выражающие провалы без намёка на зрачок.

Ну, лейтенант Кира тоже начинал в четвёртом, - продолжал тем временем разговор Хисаги.

Правда? Здорово! Так, куда бы перевестись, - Юдзу задумчиво приложила пальчик к губам, а потом хитро взглянула на капитана.

Э, нет, - правильно оценив все последствия, спохватился Хисаги. Девушка состроила просящую мордочку.

Капитана девятого отряда надолго не хватило. Тяжело вздохнув, он озвучил своё согласие:

Куросаки меня убьют.

Ура! – возвестила синигами, повесившись ему на шею.