***

– Деймон, - дверь в комнату парня резко открылась и на пороге появилась Мэри, с ласковой улыбкой смотрящая, как сын быстро натягивает на себя одеяло, оставляя отрытыми только глаза.

– Мам, стучать надо, - жалобно протянул Сальваторе-младший.

– Прости, дорогой, - Мэри рассеянно приложила руку ко лбу, - Весь день кружусь. Столько дел было.

– Что же привело тебя ко мне в такое позднее время?

– Хотела напомнить, что у нас завтра семейный завтрак, - улыбнулась женщина, - Отец сразу после него уезжает в командировку, и мы хотели напоследок посидеть все вместе.

– Не уверен, что я проснусь в такую рань, - попытался отвертеться Деймон.

– О, я это прекрасно знаю, сынок. Но думаю, Елена разбудит тебя. Верно, милая?

Бугор, который парень все это время безуспешно пытался сгладить, шевельнулся, и оттуда высунулась головка Елены, которая смущенно улыбнулась матери друга:

– Верно, миссис Сальваторе.

Женщина удовлетворенно кивнула и вышла из комнаты сына, закрыв за собой дверь. А Деймон тут же рассмеялся, откидывая голову на подушки и притягивая к себе девушку, которая до сих была немного растеряна.

– Тебе смешно, да? – она стукнула парня кулачком по плечу и серьезно посмотрела на него.

– Очень, - подтвердил он, целуя ее в щечку и тем самым заставляя немного расслабиться, - Все хорошо. Это же всего лишь моя мама.

– Наверное, ты прав, - вздохнула Елена, удобно устраиваясь на плече Сальваторе, - Наши родители давно знают, что мы спим вместе.

Девушка тут же густо покраснела, пытаясь не обращать внимания на откровенный прожигающий взгляд парня, который игриво приподнял брови.

– В смысле… ночуем друг у друга, - исправилась она.

– Первая трактовка мне понравилась больше, - произнес Деймон и, не дожидаясь, пока Елена снова смутиться, притянул ее к себе и поцеловал, холодными пальцами пробираясь под ее ночную футболку.

Гилберт перевернулась на спину, потянув парня на себя. Он слегка навалился на нее, придавливая к кровати. Приятная тяжесть его тела и ощутимый бугор в области его паха тут же заставили ее глухо застонать, не разрывая поцелуй.

Все чувства и мысли сплелись воедино, не давая возможности оценить то, что происходит. Но, наверное, это было даже к лучшему, иначе бы девушка начала думать, а это бы точно ее к ничему хорошему бы не привело. Поэтому сейчас Елена всецело отдалась тем ощущениям, которые дарил ей Деймон, лаская ее тело.

Сальваторе переместил поцелуи на ее шею, откидывая ее длинные волосы назад и проделывая влажную дорожку к груди. Одна его ладонь спустилась вниз, поддевая край собственной футболки, которая была Елене очень велика и спускалась чуть ниже бедер. Но сейчас она задралась высоко вверх, открывая худые ножки и плоский живот девушки.

Когда вторая рука парня легла на внутреннюю сторону ее ноги, девушка едва заметно вздрогнула, приоткрыв ротик в немом вскрике. Елена тут же потянулась к парню за новым поцелуем, но он легко увернулся от него, закрыв глаза и пытаясь привести дыхание в норму.

– Лени, нам нельзя, - вздохнул парень, садясь на кровати. Он поставил локти на свои колени и ладонями закрыл лицо, собираясь с мыслями.

Он не мог так поступить с ней. С любой другой девушкой – легко. Но Елена – она особенная, и их первая ночь вместе должна быть особенной. Он хотел, чтобы все было правильно. Чтобы она действительно была готова к этому. А если они продолжат это сейчас, потом она может пожалеть, что пошла на поводу у страсти.

Ведь он не первый день знал ее.

Он знал, что она часто руководствуется одними только эмоциями, отключая разум. Иногда, возможно, это и хорошо, но сейчас он не хотел использовать ее желание в своих целях.

Деймон вздрогнул, когда ему на спину легли маленькие ладошки Елены, а свою головку она поставила ему на плечо, слегка потеревшись щекой о его щеку.

– Почему, Деймон? – она нежно поцеловала его в скулу, но не отстранила губ от его лица, задержав их в несчастных миллиметрах от него.

Он едва сдержался, чтобы не сорваться и снова не накинуться на нее.

Он был со многими девушками. Все они были настолько разными, но в то же время похожими. А Елена? Елена была другой. Ее порой детская наивность и доверчивость сводили его с ума. Она была так неопытна в этом вопросе и, наверное, сама до конца не понимала, что сейчас должно было произойти, но она полностью верила ему, подчинялась каждому его движению и поцелую. И все это делало ее в тысячу раз сексуальнее и притягательнее, чем все остальные девушки.

Он так хотел ее. Но мог ли он сейчас думать только о себе?

– Елена, если бы все зависело только от моих желаний, я бы… - парень остановился, чувствуя, как губы девушки, до сих пор приложенные к его щеке, растягиваются в улыбке, - Но я пытаюсь думать о тебе.

– Ты что же рыцарем стал?

– Я буду им для тебя, - Деймон развернулся к девушке, заключая ее личико в свои ладони, - Ты хотела, чтобы все было по-другому: свечи, цветы, романтика. А я хочу, чтобы все было правильно.