Опасливо оглядываясь, Юсуи тихонько вышла из своего укрытия.

– Нас вообще–то так убить могут. – Но, не успела она еще чего возразить, как я выстрелила ей прямо в живот. – Ты, что делаешь?!

– Тамара! – не обращая внимания на возмущенные крики девушки, я обратилась к другой и когда Таммамура показалась, я спокойно добавила. – Стрельни–ка, пожалуйста, себе в ножку, будь добра. – Та, как–то странно на меня посмотрела, но все же выполнила просьбу. Умница. – Теперь ты. – Я резко повернулась к Анне и стремительным шагом направилась к ней.

– Ты уже парней с девушками не различаешь?! – раздраженно бросила Киояма.

– Ради вашего же блага это делаю. – Прошептала я, после чего развернувшись на сто восемьдесят градусов, заорала. – Йо, мы сдаемся, иди сюда и убей свою девушку!

– Звучит, как–то странно, не находите? – вскинув бровь, проговорил Такагэро.

– Для нее это нормально. – Спокойно отмахнулся Рен, но позже, буквально через секунду он вскочил с лежака и воскликнул. – А почему ты не дала мне тебя убить?!

– Милый, не будь букой, просто планы поменялись. – Я уже было снова повернулась к Анне, но неожиданно развернулась обратно. – Честно, но чтобы тебе не было обидно, сделаем так. – И в ту же секунду, я тихонько выстрелила себе в висок, правда, я думала, что тихонечко, но так как струя у моего автомата была довольно сильная и удар тоже получился немного болезненным.

– Ну, чего же ты. – Ко мне тут же подбежал Рен, отнимая оружие. – На сегодня мне кажется, хватит.

– Угу. – Кивнула я, потирая ушибленное место. – Только вот надо дело до конца довести.

Повернувшись, мы с Тао увидели картину маслом.

(Музыка: Eyes Set to Kill – Come Home)

Анна и Йо буравят друг друга глазами, в которых танцуют огоньки озорства и соперничества, никто не хотел уступать, но и «убивать» тоже…

– Девушек надо пропускать вперед. – Ухмыльнулась Киояма.
– Почему бы тебе просто не сдаться?

– Ну, если ты так этого хочешь.

– Вот видишь, ты… - Начала обиженную шарманку Анна, но неожиданно осеклась. – Что?

– Хочешь, я могу тебе сдаться? – приставив автомат к голове, пожал плечами Асакура. – Мне не сложно.

– Н–но…ты же ведь проиграешь? – ошеломленно залепетала блондинка.

– Уже вечереет, а ты вся мурашками покрылась, заболеешь ведь. – Ласково улыбнулся парень и ближе подошел к девушке.

– То есть, ты сдашься из-за меня?
– сдавленно начала та. Парень лишь кивнул.
– Не пожалеешь?

– Анна, это игра, я не хочу, чтобы тебе потом было плохо и ты болела.
– Это так мило, он так о ней заботится. Эх, надо бы заболеть, посмотрим, как там Рен зашевелиться…

– А желание?

– Ну, вымою посуду, помою полы, подмету, вылижу дом, зато ты здоровая будешь. – Йо уже собрался нажать на курок, как одна довольно приятная вещь не дала ему этого сделать.

Со всех сторон послышалось протяжное «Ох!», но это не мешало Асакуре уронить пистолет и ответить на мягкий и сладкий поцелуй своей возлюбленной…

Отстранившись от губ парня, Анна прошептала:

– Ничья?

– Ага. – Счастливо кивнул Йо и вновь прильнул к излюбленным устам.

– Предлагаю отметить! – вскочив с травы, Трей вприпрыжку направился в сторону дома.

– Ты куда это? – изогнула бровь Пилика.

– Как это куда? За вином! – и не успела синеволосая возмутиться или отругать брата, как тот мигом побежал в дом.

– Все сложилось, как нельзя лучше. – Смотря вслед северянину , а после повернувшись к Рену, я обняла парня за шею, чуть притягивая.

– Лучше некуда. – Согласился он, одним рывком поднимая меня, закидывая мои ноги себе на талию и сливаясь в страстном и вожделенном поцелуе.

Не суждено было этому счастью продлиться вечно, а уж тем более после возмущенно и полного удивления выкрика:

– Микаэла?! – невозможно. Этот голос я бы узнала из тысячи, из миллиона…

Такого быть не может…

Я побледнела и медленно повернулась к источнику звука.

– Папа? – дрожащим голосом, пропищала я.

Лицо Тао вытянулась в удивленной гримасе.

– Папа?! – смотря то на меня, то на отца, спросил Рен.

– Негр?! – о-па, а вот этого я уж совсем не ожидала!

– Ямато?

– Ямато?! – все больше ничего не понимая, вскрикнул Тао.

Неожиданно из-за угла, в мокрых шортах,с шухером на голове, бутылкой вина в руках, вылетел Трей, который потирал свою грудь, прикрывая глаза и напевая песню «Освежи меня, дай мне свежесть…». Но как только он открыл глаза, его ожидал сюрприз.

– Освежи меня? – бедный, сбитый с толку, офигевший папочка.