– Дай мне свежесть? – шарахнувшись от гостей, взвизгнул Юсуи.

Твою же мать.

========== Глава 8. Вечер секретов, признании и конфузов… ==========

Люди и созданы для того, чтобы мучить друг друга.

Ф. Достоевский

– П-папа? – все еще неверующе прошептала я, но позже, поняв смысл собственных слов, я воскликнула. – Папа!

– Что ты заладила?! – яростно метая в нашу с Реном сторону смертельные молнии, процедил Ямато. – Ты лучше–ка объясни, что там делаешь, а?

Черт, я же все еще верхом на Тао сижу, зрелище, конечно, не для родительского хрупкого сердца, а посему, встрепенувшись, я мигом соскочила с парня. Поняв всю неловкость моего поведения, Рен подает мне майку, которую я тут же одеваю.

– Я – я… - Начала мямлить, неловко почесывая макушку. – Понимаете…

– Нет, пока не понимаем. – Отрезал Куроко, скрестив руки на груди. Вот так бука.

Никогда мне еще не было так стыдно перед отцом, ладно Ямато, он и не то вытворял, но вот папа.

Его лицо не выражало никаких эмоций, ни единого чувства, он лишь равнодушно поглядывал в нашу сторону, будто ожидая чего–то. То ли объяснений, то ли действий…

Я знаю своего папочку достаточно хорошо и есть у него такая, так сказать, странность, но о ней вы узнаете, после. Точнее совсем скоро.

Ну, поехали.

Вдох.

– Пап, это Рен Тао и он мой парень!

Выдох.

(Музыка: Miley Rington))) – From Hannah Montana: The Movie)

Итак, по моим расчетам это должно случиться с минуты на минуту.

Вот его лицо удивленно вытягивается, но резко сменяется на ошеломленное. Он раскрывает рот, чтобы что-то сказать, но сразу замолкает. Оглядывается по сторонам, в поисках непонятно чего.

Вот уже близко.

Неожиданно, начинает буравить нас внимательным взглядом, скользит глазами по Рену, позже по мне.

Еще немного.

Медленно, очень медленно по его лицу расползается улыбка гигантских размеров, прикрывающая почти все лицо.

Скрепляет руки в замок, а сам набирает побольше воздуха в легкие, будто золото увидел и от восхищения дыхание перекрывает.

Вижу, что Ямато напрягся, жестами показывает мне спрятаться, но уже поздно, слишком поздно.

Хватаю руку Рена и с силой сжимаю ее, жмурю глаза и шепчу:

– Приготовься.

Вот и все.

– Моя ненаглядная дочурка, наконец–то повзрослела! – это конец. – Дайте, я вас поздравлю детки, как же это прелестно, просто великолепно! – щеки мужчины мигом порозовели и он, приставив к ним ладони, радостно запел. – Я так счастлив, просто с ума сойти готов.

Уже сошел.

– Микаэла, милая, ну почему ты об этом мне раньше не сказала? – подпрыгивая к нам, обиженно буркнул папа.

– Именно поэтому. – Хмурясь, ответила я. – У тебя на таких вещах всегда бзик был.

– На каких таких? – удивился он.

– Тебе лишь бы меня с парнем рядом увидеть! – начала жестикулировать я, метая в мужчину яростные взгляды. – Откуда ты знаешь, может, он вообще маньяк?! – указала я на, тут же оторопевшего, Рена.

– Что?! – подавился парень воздухом, с ужасом оглядываясь на меня.

– Ну, я же отец, я чувствую. – Широко улыбнулся папочка. – Тем более, если бы с тобой что–нибудь случилось, Ямато бы здорово не поздоровилось. – Лицо отца было все таким же беззаботным. – Да, мальчик мой?

– Д-да. – Словно болванчик, испуганно закивал Куроко, опасливо поглядывая на мужчину.

Папа в гневе страшен.

– Так что? – поправив круглые очки, съехавшие на нос, спросил папа. – Будем знакомиться и со всеми? – ребята переглянулись и дружелюбно закивали. – Тогда все в дом, жду не дождусь!

Наивные, не знают на что подписались.

– Ты чего? – ласково положив мне на макушку ладонь, Рен немного нагнулся к моему лицу.

– Ничего. – Помотала головой я. – Пошли уже.

– А врать не хорошо.

Чувствую, как он сжимает мой локоть, одним ловким движением притягивая к себе и пылко целуя в губы.

Ммм…как приятно.

– Кхе-кхе. – Доносится откуда–то сзади громкий кашель. – Я еще не знаю, кто ты, а поэтому, попрошу руки не распускать.

Ямато выхватил мою руку из ладони Рена и мигом вырвал из таких теплых объятии, становясь передо мной.

– Ты что это делаешь?! – взбунтовался Тао, пытаясь подойти ближе, но Куроко не дал.

– Когда я удостоверюсь, что тебе можно доверять, то только тогда и позволю приблизиться к Негру.