Бедный Рио от таких слов, чуть в осадок не выпал, но тут же появившаяся Тамара, поспешила успокоить Умемию.

– При отравлении не отхаркиваются кровью. – Так же поднимаясь на ноги и подойдя к Гонсалес и Киояме, грозно сказал Рен. – И не надо нас дурить, лучше говорите, как есть.

– Какими мы правильными оказались. – Окидывая парня изучающим взглядом, растянуто проговорила Микки. – Только вот твоя правильность и приказы здесь никого не интересуют.

Вмиг, девушка, как и в тот день, была прижата к стенке, но только теперь в глазах не было того страха, сейчас в глазах Гонсалес играл лишь азарт.

– Свободу почувствовала? – прошипел Тао, запястьем прижимая к стене.

– Рен. – Пытался вразумить друга Йо, но тот его уже не слышал.

– А разве меня когда–нибудь ею ограничивали? – усмехнулась та, но буквально через мгновенье, ее лицо вдруг стало озадаченным. Наигранно озадаченным. – Ой, а я и забыла, ты же меня к каждому столбу ревнуешь, прости, запамятовала.

– Знаешь, я могу тебя, наконец, освободить от надобности терпеть мои, так называемые, вспышки ревности. Мм, хочешь? – вглядываясь в темные омуты, рыкнул Тао.

– Да мне плевать, поступай, как хочешь. – Пожав плечами, легко ответила Микаэла, а вот Рена, да и всех присутствующих, буквально передернуло от ее равнодушного тона.

Несколько секунд парень смотрел ей в глаза, будто выискивая хоть какой–нибудь просвет, хоть единую подсказку на такую смену настроение, да что уж там, полную смену характера.

Но так и не к чему и не придя, Рен выпустил девушку из цепкой хватки, отворачиваясь и устало проводя ладонью по лицу, сопровождая все это тяжелым вздохом.

Микаэла же, беззаботно потирая запястье, всем своим видом показывала, что является ни в чем ни повинном ангелочком, но произошедшее несколько секунд назад, доказывало обратное.

– Ну, так, что, идем прогуляемся, Анна? – обратилась та к Киояме, которая до этого, ничего не говорила.

– Куда это?
– изумился Рио, вглядываясь в окно. – На улице уже темно, опасно, какие еще гулянки?!

– Слушай, папаша, свои правила будешь детям своим диктовать, а мы будем делать то, что посчитаем нужным. Ясно? – грубо, как никогда раньше, а уж тем более с Умемией, рявкнула Гонсалес.

– Попридержи язык. – Тут же встрял Тао, грозно поглядывая в сторону на ночь разбушевавшихся девушек.

– А то, что? – с вызовом произнесла Анна, складывая руки на груди. – Неужели, какая-то кучка идиотов, сможет нам что–нибудь сделать?

– Насчет кучки не знаю. – Блондинка даже додумать свою мысль не успела, как тут же была перекинута через широкое плечо Асакура. – Ну, а мы постараемся.

– Эй, быстро отпусти меня, сейчас же! – брыкалась Анна, но безуспешно.

– Что вы… - Гонсалес хотела высказать кое–что очень нецензурное, но тоже была вовремя подхвачена Тао. – Я тебе сейчас руку прокушу, а ну отпустил!

Парни даже не обращали внимания на их возмущенные крики. Выйдя из зала, они прямиком пошли по направлению к лестнице и начали подниматься наверх, пока Анна и Микаэла, кусали их, щипали, царапали, в общем, все, чтобы на них обратили хоть внимание.

Микаэла, похоже, окончательно сдалась, так как Рен, просто, наплевал на ее истерики и шел куда–то вперед, по неизвестному направлению, а вот Анну похоже, такой расклад не устраивал. Девушка медленно, не спеша, будто подкрадываясь, меняет положение, чуть спустившись вниз. Асакура это заметил и уже было хотел вернуть ее на место, но Киояма, быстро спохватившись, буквально впилась в губы ошарашенного парня. Глубокий поцелуй с привкусом крови, который еще находился во рту Анны. Гадко, но сейчас девушку волновало это меньше всего.

Оторвавшись от Йо, Киояма надеялась на то, что парень растает от ее действий, бросится в объятия, забудет обо всем на свете, но ее ждал большой и глобальный облом. Парень равнодушным взглядом посмотрев на нее, одним рывком вернул ее на законное место, то бишь плечо и продолжил путь.

– Да, что с тобой?! Обиделся, что я тебя и твоих друзей идиотами назвала?! – недоумевала Анна.

– Они и твои друзья. – Спокойно пояснил Асакура, продолжая путь в одиночестве.

Как оказалось, Йо и Рен привели девушек в комнате, где жили парни. Открыв дверь и буквально втолкнув туда Гонсалес и Киояму, уже хотели закрыть дверь, как их остановил возмущенный голос:

– Уоу, это еще что? – лежа на кровати и удивленно оглядывая прибывших, спросил Ямато.

– Отбывающие наказание. – Объяснил Рен. – Не мог бы ты выйти?

– А других комнат в этом доме нет?

– Это единственная без окон. – Вновь ответил Тао. – Так, что - будь добр.

Куроко лишь подозрительно осмотрев взъерошенных и возбужденных девушек, тяжело выдохнул, но все–таки встал и направился к выходу.

– Эй, а нас вы здесь оставите?! – гаркнула Микаэла, сведя брови на переносице.