– С тобой все в порядке, Женя?!

Во время прыжка мне пришлось рухнуть на землю, а на ней повсюду валялись обломки кирпичей, и, задев один из них, я поранила локоть. Новое вечернее платье не позволило мне нормально сгруппироваться, я ушибла еще и колено и теперь слегка прихрамывала. Особой боли не было, но все же я не могла сказать, что у меня все в порядке.

– Ничего страшного, – буркнула я.

– У тебя кровь, – она указала на мой локоть трясущейся рукой, – нужно вызвать «Скорую»!

– Ничего страшного, – повторила я, ища глазами Коваля.

В толпе сочувствующих его не было. Он стоял в стороне от всех и, когда я встретилась с ним глазами, с каким-то сожалением посмотрел на меня. Это был взгляд человека, который к чему-то долго готовился, а в результате все получилось не так, как ему хотелось. В его взгляде была растерянность. Увидев его, я ощутила, как во мне почему-то не проснулась злость, а, наоборот, появилось какое-то сомнение в том, что он мог быть причастен к взрыву. Мне не хотелось думать, что все это мог подстроить тот, на кого никогда бы никто не подумал, и поэтому я приняла решение – никому ничего не говорить.

Милиция и «Скорая помощь» приехали практически одновременно, и, когда мне делали перевязку, к нам подошел молодой человек с папкой и, представившись следователем, начал спрашивать:

– Вы можете подробно рассказать, что же здесь на самом деле произошло? – Он достал ручку и открыл папку.

– Я, Евгения Максимовна Охотникова, в данный момент работаю телохранителем у Дианы Игоревны Бариновой. Находясь в машине, стоявшей на автозаправке, я увидела – произошло короткое замыкание электропроводки под задним сиденьем. Потом сразу вспыхнул огонь, в любую минуту мог произойти взрыв, так как рядом имелся топливный бак, только что заправленный под завязку. Чтобы избежать многочисленных жертв, я отогнала машину подальше от автозаправки. Все. – Я смотрела, как следователь быстро записывает мои показания.

– Хорошо. Думаю, в таком случае проводить следственные мероприятия не имеет смысла. Налицо обычная неисправность машины. Тем более что пострадавших нет. Соответственно и претензий ни у кого не будет, – он посмотрел на меня вопросительно.

– Нет, нет! Никаких претензий, – я замотала головой, подтверждая его слова.

Он кивнул, закрыл свою папку и пошел к дежурной машине. Врач закончил перевязку и тоже стал собираться, посоветовав мне ближайшие дни провести в спокойной обстановке. Диана, наблюдавшая со стороны за моим разговором со следователем, подошла и помогла мне спуститься с подножки «Скорой».

– Я позвонила мужу, он сейчас приедет. – Она сочувственно посмотрела на мою перебинтованную коленку.

Коваль по-прежнему стоял в стороне и даже не пытался подойти к нам и поинтересоваться, что да как. И только когда подъехал Баринов, он с виноватым видом приблизился и встал за спиной у банкира.

– Я не пойму, что произошло? – спросил Баринов, по очереди посмотрев на меня с Дианой. – Где Коваль?

– Я здесь, – тихо произнес шофер.

Баринов резко повернулся на его голос и повторил:

– Что здесь произошло?

Коваль не знал, что ответить, и молча смотрел на Баринова.

– Ты что, язык проглотил? – как-то злобно спросил банкир.

– Я не виноват. Я заехал на заправку… – опустив голову, забубнил себе под нос Коваль.

Понимая, что их диалог может затянуться надолго, я предложила Баринову:

– Дмитрий Иванович, давайте я вам по дороге все расскажу, – я потерла забинтованный локоть.

Он сразу все понял и, достав портмоне, вынул оттуда пятьсот рублей и протянул их Ковалю.

– Вызови себе такси, а завтра я с тобой разберусь, – он отдал ему деньги и, показав на машину, сказал: – Поехали, я отвезу вас домой, вам надо отдохнуть и прийти в себя.

По дороге я рассказала ему ту же историю, что и следователю, на что банкир отреагировал по-своему.

– По-моему, мне следует заменить весь штат шоферов и механиков, они вообще ничего не хотят делать! Ведь это они недосмотрели, пропустили такую серьезную поломку, – при этом он нервно жестикулировал.

«Интересно, как бы он реагировал, если бы знал об истинной причине случившегося?» – думала я, слушая Баринова.

Добравшись до дома, я сразу пошла к себе, отказавшись от предложения снять стресс рюмкой коньяка, любезно предложенного мне банкиром. Единственное, что мне сейчас требовалось, – это возможность восстановить силы после такой нервной встряски. Ни один, даже самый подготовленный человек не сможет спокойно пережить момент надвигающейся смерти, особенно когда счет идет на секунды. Разница только в том, сколько кому понадобится времени, чтобы прийти в себя. Мне всегда хватало порядка десяти часов крепкого спокойного сна.