Вселенная просто не хочет, чтобы я сегодня закончила с этим бюджетом?

Подождите минуту… Кажется, у меня есть подозрение, о чем этот проект. Мы с Ноем пересмотрели предмет обучения социальным медиа пару дней назад, но кажется, не пришли к какому-то единому решению по поводу этого вопроса. Обсуждение было захватывающим… Но он, очевидно, смотрел на это иначе.

Я звоню секретарю Ноя, только чтобы мне напомнили, что он на каком-то важном завтраке пытается вернуть некоторых давних клиентов. Сгорая от нетерпения, я звоню ему на мобильный.

Спустя шесть гудков Ной сухо отвечает:

— Да, дорогая? — на заднем плане я слышу автомобильный двигатель и порывистый ветер; он, должно быть, уже едет обратно.

— С каких пор команда Камрин выбирает консультантов? — спрашиваю я.

— С тех пор, как нам они стали необходимы. И, насколько я знаю, ее команда отвечала за проблемы социальных медиа.

— Ты знаешь, что я имею в виду. Зачем ты дал ей согласие на проект, о котором мы так и не закончили разговор? Почему это должно иметь приоритетное значение по сравнению с другими моими задачами? И почему она возглавила этот проект вместо меня?

Ной недоверчиво фыркает, что слишком походит на сдавленный смех.

— Ты серьезно? Ты хотела бы искать консультантов?

— Почему нет? Это очень ответственное дело. Почему ты смеешься надо мной?

Он громко вздыхает в трубку.

— Позволь спросить тебя кое о чем. По-твоему, Камрин дура?

— Конечно, нет, — у меня перехватывает дыхание. — Как ты можешь так говорить? Она моя лучшая подруга.

— Но ты, кажется, сомневаешься в ее компетентности. Ради Бога, Оливия, научись передавать обязанности другим. Твое время гораздо ценнее. Либо тебе, либо мне в любом случае придется принимать окончательное решение, так что в этом плохого?

— Папа всегда учил меня, что лучший способ сделать что-то хорошо — сделать это самому.

Слышится еще одно недоверчивое фырканье, больше похожее на откровенную насмешку.

— Невероятно. Ты так помешана на контроле.

— Я не была бы такой, если бы могла доверять людям, которые держали бы меня в курсе происходящего! — где-то в глубине души я понимаю, что веду себя неразумно, но я временно утратила способность беспокоиться об этом.

— Просто успоко… — кто-то начинает сигналить, отчего Ной что-то бурчит себе под нос. — Послушай, мне неудобно сейчас говорить. Я вернусь через десять минут, и мы все обсудим.

Он вешает трубку. Я бросаю телефон и начинаю массировать лоб. Господи, я не знаю, сколько еще неорганизованности смогу вынести за один день. От этого бардака я заработаю себе язву.

Через несколько минут безуспешных попыток успокоиться, я сдаюсь и отодвигаю свое кресло. Надеюсь, небольшая прогулка и смена обстановки помогут.

Я направляюсь к кулеру рядом с регистрационной стойкой и наливаю себе стакан ледяной воды. Огромный серебристый пузырь поднимается через бак с громким бульк. Не в первый раз меня удивляет, как подача небольшого количества жидкости создает такой большой пузырь.

Мое время почти истекает, но я до сих пор не знаю наверняка, сможем ли мы с Ноем работать в качестве супружеской пары. Конечно, вместе мы испытали моменты наслаждения и страсти.

Было и несколько положительных моментов на вечеринке по случаю дня рождения Марии. Сначала я чувствовала себя неуютно, вторгаясь на праздник их семьи. В конце концов, я не была приглашена. Я была просто девушкой Ноя — да и кто приглашает девушку на свидание на детский праздник?

Но Ной был таким уверенным в себе, и все приветствовали меня с распростертыми объятиями. Часть обаяния Ноя, должно быть, передалась мне. Хотя я могла бы обойтись без поздравительных подмигиваний от Роситы.

В очередной раз мне напомнили о матери, любящей и гордящейся своим сыном. Ной был определенно частью этой семьи. Он считал своей обязанностью поговорить со всеми на вечеринке. Не просто холодно спросить: «Как дела на работе?», а задать конкретные вопросы типа: «Это ваш двоюродный брат все еще ходит с гипсом на ноге?» или «Вы получили повышение, о котором планировали попросить?». Он явно старается запомнить подробности их жизни.

Но может это не так уж удивительно. Хотя Ной временами может быть эгоцентричным, он очень общительный человек. Иногда я завидую этой его способности… Когда она не сражает меня наповал, как остальных. Ему всегда так комфортно на своем месте, словно в любой ситуации он чувствует себя в своей тарелке. Он выглядит так же естественно в шортах и глупом бумажном колпаке, безудержно веселясь с детьми на грязном заднем дворе, как и в сшитом на заказ костюме-тройке на официальном обеде.

Наблюдение за его улыбкой в тот день… определенно убедило меня позволить ему сблизиться со мной.

Итак, Ной — порядочный мужчина. Даже очень. Но значит ли это, что я должна распрощаться со своей мечтой о безумной любви?

Мне нужен знак.

Я пристально оглядываю приемную, пока пью воду. Парадная дверь открывается, и в течение секунды я думаю, что Ной, должно быть, доехал за рекордное время.

Потом я узнаю вошедшего человека и чуть не давлюсь водой. О нет. Нет, нет, нет…