– Странно, Петрович, как-то нерадостно нас встречают.

– А ты хотел, чтобы женщины чепчики бросали.

– Какие чепчики?

– Раньше такие ночные приспособы девицы носили на головах.

– Опять седая старина?

– Она самая. А спокойно отнеслись потому, что считают нас своими, усек?

– Тогда пошли представляться самому главному начальнику.

Самый главный оказался на месте.

– Здравствуйте. Орел Олег Петрович - буровой мастер, а это Потапов Сергей - машинист газокомпрессора.

– Здравия желаю. Майор Чернышов. Вам не кажется, капитан, что наступила пора опять надеть форму, ведь вы бывший кадровый военный? Ваша специальность будет востребована , как никогда раньше. Время поразмышлять у вас было, да и ответ наверняка уже продуман.

– Пожалуй да. Сам все видел. У нас еще есть шанс, хотя и очень небольшой и он только у военных. Можно вопрос?

– Пожалуйста.

– Мы идем две тысячи километров по следам некоего Сивухи. Есть ли возможность пообщаться с земляком?

– Он в соседней комнате. А что вы скажете, Сергей?

– Я , как Олег Петрович. Кроме него у меня никого нет.

– Не сомневался в вас. Спасибо. Нам нужны настоящие мужики. Сергей, пойдете в подчинение к подполковнику Муравьевскому, если не ошибаюсь в армии вы были оператором ВИКО на ПРВ?

– Так точно.

– Будете работать на ПУ12. Придется осваивать установку методом тыка, чистых специалистов у нас пока нет. Думаю разберетесь. Павел Сергеевич - отличный технарь. Идите . Девушка Маша вас обустроит, к утру привести себя в порядок.

Глава 8

Опять знакомая дорога. Теперь нас четверо - я, сидящий на месте стрелка справа, Ваня Корзухин сейчас за командира машины, вологжанин Сергей Григорьев за штурвалом и на месте оператора –наводчика Игнатенко Игнат. За бортом минус 12. Мороз сдал позиции и дал нам передохнуть. Игнат после разговора с командиром ссутулился, замкнулся и на вопросы отвечал вяло. Он шел дублером механика - водителя. Корзухин же был свеж и бодр. Укрываясь от бойких девиц Даши и Ани, он не остался равнодушен - нет, не к несравненной Наташе, а к Господаревой Татьяне - той самой, что вывезла девочку-одуванчика из Устюга. Татьяна уверенно шла на поправку и даже стала появляться за общим столом. К сожалению этого нельзя было сказать о женщине из Новой Ляды - та пока не сказала ни слова.

Мы подходили к Пензе и я распорядился пройти через город. Ранее Чернышов обошел ее по объездной без остановки, теперь мы обходили город по кругу в поисках следов. Кто-то же должен был уцелеть в полумиллионном городе.

Полина опять расстроилась, узнав о новом отъезде. Дети уже учились. Нина Александровна сумела организовать школу, где преподавались пока только пять дисциплин. Илья Владиславович тоже был привлечен к работе учителя – кто, как не он. Для четырех старших детей давались спецдисциплины – лечебное дело, химия и агрономия. Военная подготовка занимала отдельное место и к ней привлекались почти все женщины - осваивалась израильская модель.

Четыреста пятьдесят лошадей шутя справлялись с дорогой и препятствиями в виде груд металлолома, раньше бывших автомобилями. Трясясь в десантном отсеке, я вспоминал визит земляков из Коми.

– Здравия желаю, товарищ майор. Капитан Орел. Инженерные войска.

– Майор Сивуха Вадим Арнольдович, заместитель командира по воспитательной работе. Слышал о вас от Михалыча.

– Мы тоже от него наслышаны о вас и не только от него. Привет вам передавали и Зинаида Егоровна и Анна Михайловна. Живы-здоровы. Помогли им, чем смогли. Переживают за вас. Ваша личность уже обросла былинами. Местные считают вас серым кардиналом и прочат в будущие министры иностранных дел. Мы с напарником поспорили, что вы не военный, если сможете, разрешите спор.

– Я «партизан». По ВУСу- начфин.

– Очень мирная профессия, однако опять же циркулируют устойчивые слухи, что вы мочите злодеев без пощады, отчего прослыли опасным человеком.

– Олег Петрович, вы же военный и знаете слово «надо». Мне не надо было ничего доказывать ни себе, ни людям, просто тогда было «надо».

– Согласен. Сейчас многое просто надо. Как ваша девочка?

– Растет. Учиться. Вы уже в курсе об изысканиях доцента Князева?

– В общих чертах. В эти выводы почти невозможно поверить.

– Зачем в них верить, если вы сами меняетесь с каждым днем, а наши дети меняются на порядок быстрее. Примите, как данность и все дела

.

Мы проскочили речку с памятным названием Мойка , хотя проскочили это громко сказано. Улица Калинина , как и все центральные улицы городов, представляла собой кладбище людей и битых машин. БМП осторожно объезжала кучи металла. Калинина плавно перешла в Кирова. Где-то здесь должно быть областное УВД.

– 200 влево!

Вот оно - четырехэтажное светлое здание. Свежих следов нет.